Я ловлю себя на мысли, что я ведь должна хотя бы выглядеть обиженной, но притворяться не хочу.

— Да ладно, я понимаю. Надо так надо. Вечером начну собирать тебе чемодан, — мы уже доехали. Я чмокаю мужа в щечку и выпархиваю из машины.

Здороваясь со всеми по дороге, прихожу на рабочее место и сажусь за стол. Обвожу все вокруг рассеянным взглядом. И тут меня по-настоящему накрывает.

Что, на хрен, произошло с моей жизнью? Любимый муж превратился в соседа, которого я терплю и отъезд которого только радует, вместо того что бы расстраивать. Работа, которую я вроде любила — монотонная задолбавшая рутина. Коллеги, милые, доброжелательные люди — просто безликие манекены, скользящие по обочине моей жизни. И так было все это время? И так будет и дальше, год за годом, всегда-всегда?

Я читала о таком в книжках. Но там герои медленно и неуклонно идут к осознанию того, что что-то не так, страдают и мучаются. Или у них случается какое-то несчастье, измена, болезнь, ну, на крайняк, камни там с неба… А у меня? Вот просто проснулась утром раньше будильника и осознала, что жизнь говно? Так ведь не должно быть?

Потом рабочий день обрушивается на меня привычной суетой, и мои переживания уходят на задний план, оставаясь противным комариным зудением, белым шумом на краю сознания. Документы, звонки, встречи с заказчиками, одни и те же фразы сотни раз по кругу разным людям и в разное время.

Потом домой на маршрутке. Лифт, душ, кухня. Сашки нет. Он будет позже, как всегда. Привычным движением открываю ноутбук. Захожу на свою страничку в ВКонтакте. Нахожу запрос на добавление в друзья от какой-то Ольги Раминой (Лимаревой). И только через несколько секунд до сознания доходит. Олька Лимарева! Соседка по старому дому! Боже, это сколько же лет!

Напрягаю память. Родители получили новую квартиру тринадцать лет назад. Да, точно! Именно столько мы и не виделись. Господи как же время летит! В моей памяти, вроде как вчера, мы переезжаем из нашей уютной двухэтажки в новый район, прощаемся со старыми соседями, обещаем не теряться и еще увидеться.

И вот я уже сижу перед компом и прошло тринадцать лет, а мы ни с кем не виделись ни разу. Неожиданно волной накатывают теплые воспоминания. Старый двор, между четырьмя двухэтажками, белье на веревках посреди этого двора, за шастанье под которым нас нещадно гоняли бабульки. «Казаки-разбойники» по вечерам, и ни одного живого места на сбитых коленках. Футбол с пацанами, где я всегда — самый надежный вратарь. Секретные вылазки на помойку, где можно найти настоящие сокровища, которые кто-то неосмотрительно счел ненужным хламом. Гаражи, между которыми у нас было тайное убежище, где мы учились смолить втихаря стыренные у старших сигареты, давясь мерзким дымом и тошнотой, но делали суровые лица, изображая друг перед другом опытных курильщиков. Колька Соринов, мой верный рыцарь, босяк и раздолбай. Моя почти самая настоящая первая любовь. Он был на пару лет меня старше, вечно встрепан и расхристан, натуральный хулиган, грубиян и ему достался мой первый поцелуй. Тоже почти настоящий. Крик моего отца:

— Лизавета! Я запрещаю тебе дружить с этим босяком!

И мое вполне законное возражение из укрытия:

— Он не босяк больше. У него уже ботинки есть!

— У них вся семья алкаши и зеки! — краснеет от гнева папа, — Что бы ты к нему и близко не подходила! Что это вообще такое? Почему ты не можешь как все девочки играть в кукол?

И я, конечно же, не слушалась. Ну, скажите, что за интерес дружить с занудами-девчонками, только и ноющими постоянно о тряпках, куклах, если есть своя компания мальчишек, умудряющихся каждый день превратить в захватывающую авантюру, настоящее приключение?

Я поймала себя на том, что улыбаюсь в тишине пустой квартиры как умалишенная, и настроение, бывшее таким похабным с самого утра, медленно поползло вверх.