— Можно включить музыку, произнесла она неестественно весело, ставя бокал на столик и подходя к музыкальному центру.

Ее голову застилал туман. Глядя на диски в стойке, она видела и не видела, что написано на них. Простояв так минуту и решив, что Тим примет ее за ненормальную, она достала первый попавшийся и поставила. Зазвучала романтическая мелодия — это оказался сборник классических произведений в современной обработке.

— Здорово, — прошептал Тим, и Кристин почувствовала, что он приближается к ней.

Ее обдало любовным жаром, в голове помутилось, и показалось, что она уже не принадлежит самой себе, а находится в полной власти своего умопомрачительного гостя.

— Кристин, — пробормотал Тим, подходя сзади и осторожно кладя руки ей на талию.

Молодая женщина вздрогнула и, закрывая глаза, прерывисто вздохнула. Вырываться, оказывать сопротивление у нее и в мыслях не было. Она хотела лишь одного: чтобы Тим не убирал рук, не отстранялся.

— У тебя потрясающие волосы, — прошептал Тим, зарываясь лицом в каштановые пряди. — Я сразу это заметил, в первый же день. Но тогда они были стянуты в пучок, а сегодня…

Он медленно втянул в себя цветочный аромат ее волос.

— Ммм… как вкусно, — подобно блаженному стону вырвалось у него.

Талия Кристин, там, где лежали руки Тима, будто пылала, спину, шею, затылок от ощущения его близости покалывало, низ живота словно наполнял расплавленный металл. И ей до умопомрачения хотелось, чтобы эта сладостная пытка никогда не заканчивалась. Она чувствовала сейчас, что готова дотла сгореть в огне охватившей ее страсти, небывалой по остроте и многообразию ощущений.

— Кристин…

Тим неторопливо убрал волосы с ее спины, перекинул их через плечо, а спустя мгновение она почувствовала прикосновение его теплых губ к тыльной стороне своей шеи. Ей показалось, по тело пронизал мощный разряд электрического тока, от которого перед глазами замельтешили сверкающие точки, дыхание стало частым и неровным, а соски напряглись до боли, желая ласки.

Руки Тима медленно скользнули вниз и остановились на ее покрытых лишь тонкой тканью платья упругих ягодицах. Будто сквозь густой туман она услышала его тихий смех и произнесенные сдавленным голосом слова:

— Это первое, что мне в тебе понравилось. Точнее, что я увидел.

Кристин с трудом открыла глаза, словно просыпаясь после долгого сна, повернула голову и посмотрела на него с недоумением.

— Впервые я увидел тебя в коридоре, — пояснил Тим с улыбкой. — Ты шла впереди меня на наше первое занятие. Я сразу обратил тогда внимание на твою… прости, очаровательную попку.

Кристин изумленно изогнула бровь, вытягивая из затуманившегося сознания воспоминание о первом дне их знакомства.

Он мгновенно ей понравился… И у нее сразу же возникло ощущение, что ему-то она показалась отталкивающей. Как все странно…

Тим нежно погладил ее по ягодицам, искусно возвращая в состояние счастливого полузабытья, осторожно повернул к себе лицом, продолжительно и с любованием посмотрел в глаза, на ее брови, щеки, нос, губы… Привлек к себе и начал целовать…

Как здорово, хрустальным звоном рассыпалось в мозгу Кристин. Как же здорово…

В своих мечтах она уже сотню раз целовалась с ним, но те ощущения, что ей доводилось переживать в фантазиях, в подметки не годились нынешним чувствам. Сейчас ее как будто околдовали, превратили из Кристин Рэнфилд в некое воплощение любви, страстности и довольства…

Она помнила очень смутно, как бретельки коротенького платья соскользнули с ее плеч, как само платье с мягким шелестом упало к ее ногам, как, увидев ее грудь, Тим издал негромкий стон, наклонил голову и приник губами к ее соску…

Последующие события вообще слились в ее памяти в счастливую суетную неразбериху.