— Мы твердо уверены, — вещал Хан, — что, сосредоточившись на общественных интересах и принимая во внимание необходимость общественного развития на основе научно-технического прогресса, мы сможем преодолеть существующую разницу в культурном и социальном аспектах. Работая плечом к плечу, мы построим новое общество. Многоуважаемый господин мэр и ваше превосходительство господин префект, я осмелюсь предположить, что половина успеха заключается в уверенности, что это можно сделать!

По укоренившейся привычке Хан начал было развивать свою мысль, но майор Ли предупредительно поднял руку, и полковник, поняв намек, быстро свернул свою речь:

— Принципы чучхе с их направленностью на независимость и уверенность в себе являются становой осью внутренней политики в нашей Республике. Однако мы не столь догматичны. В конечном счете в основе человеческого развития лежит тот факт, что все имеет свойство изменяться и развиваться, и это не может не обнадеживать. Это позволяет нам сосуществовать!

Хан приказал Паку раздать экземпляры «Генерального плана Мирного правительства». Над составлением плана они промучились всю ночь и успели закончить за сорок минут до начала встречи. План включал в себя три пункта, две основные стратегии и декларацию. Пункты гласили следующее:

1. Мирное сосуществование Экспедиционного корпуса Корё и жителей Фукуоки.

2. Необходимость совместных действий представителей ЭКК и Фукуоки по разработке мер для выполнения пункта № 1.

3. Полная независимость Фукуоки от Японии.

Хан выдержал паузу и затем спросил, есть ли вопросы. Тензан прочитал документ, поднял глаза, снял очки и спокойно спросил:

— Вы только что говорили о концепции чучхе. Но разве вы не являетесь оппозицией существующему режиму? — Из-за выпитого его лицо раскраснелось, но слова звучали внятно.

— Являемся, — с улыбкой кивнул Хан.

— Но, если вы совершили безуспешную попытку государственного переворота, нелогичнее было бы, прибыв в Фукуоку, сложить оружие и просить убежища?

— Мы не собираемся просить убежища, но и не являемся агрессорами, — невозмутимо ответил Хан. — Мы покинули нашу страну и прибыли сюда, чтобы добиться нашей цели — истинной справедливости.

Хан перевел взгляд на майора Ли. Тот извинился за плохое знание японского языка и заговорил по-корейски, а Чо стал переводить:

— В истории есть множество примеров, когда войска, несогласные со своим правителем, объединялись с завоеванными народами и обращали свое оружие против власти. Такого рода события можно проследить от древнейших времен и до наших дней, от империи Александра Великого, Чингисхана или династии Минь до того, что мы можем сейчас наблюдать в Центральной Азии и России. Не так давно, во время Второй мировой, вооруженные части финской армии восстали против своего просоветски настроенного правительства и примкнули к германским частям. Или взять Польшу, где солдаты, бросив вызов марионеточному режиму, согласившемуся с нацистской оккупацией, перешли на сторону Красной армии. Солдаты армии Южной Кореи, желая свергнуть режим Ли Сынмана, присоединились к альянсу КНДР и Китая. А во время Вьетнамского конфликта военные Южного Вьетнама и камбоджийцы выступили против своих правительств, так как желали сражаться с американцами. Так что мы рассчитываем, что вы увидите в нашей миссии попытку протянуть руку помощи Фукуоке и всем демократически настроенным людям Японии.

— Все примеры, что вы сейчас нам привели, — возразил Тензан, — относятся к периодам военных действий. Но Фукуока не находится в состоянии войны. И мы не хотим «взаимовыгодного сотрудничества»!

Префект обеспокоенно взглянул на своего коллегу, понимая, что за такие разговоры их обоих могут убить.