— Центральное новостное агентство Кореи сообщило, что Северная Корея считает этих людей бунтовщиками, — отозвался министр иностранных дел Охаси, — и со своей стороны предложило решить этот вопрос силовым путем. Но мы информировали северокорейское руководство по дипломатическим каналам, что им следует избегать подобных действий. Не хватало еще только развязывания гражданской войны между корейцами на нашей территории!

Охаси начинал свою политическую карьеру в Бюро по делам Азии и Океании. Кроме того, он успел поработать в японском консульстве в Нью-Йорке и часто посещал Пекин по дипломатической линии, поэтому имел надежные контакты как с американцами, так и с китайцами. Поскольку в последнее время отношения между двумя державами ухудшились, Кидо и Сигемицу пригласили пятидесятилетнего Охаси на должность министра иностранных дел. Впрочем, больших успехов на этом поприще Охаси пока что не достиг.

— Более того, замечу, что и Штаты, и Китай будут против военной операции с нашей стороны, — добавил министр.

При этих словах Умецу побагровел.

— Какое, черт возьми, нам дело до Америки и Китая?! — рявкнул он, подавшись вперед. — Мы им ничем не обязаны! Что, теперь и шагу не ступить без их одобрения? И уж поскольку на нашей территории базируются американские войска, отчего же они ничего не предпринимают? Ради чего подписывался Договор о безопасности, а? Какова реакция властей США на случившееся? Я слышал, что мы даже связаться с ними не можем!

— Успокойтесь, Умецу! — вскричал секретарь кабинета, воздевая руки. — Дело чрезвычайной важности, так что давайте будем говорить о нем, а не об американцах.

Умецу кивнул, прикрыл глаза и испустил глубокий вздох.

«Жалкое зрелище», — прокомментировал про себя Ямагива. Он понимал, что творилось в душе Умецу, но министр противоречил сам себе, сетуя на необходимость согласования действий с Америкой и одновременно возмущаясь бездействием американской армии.

Именно под руководством Умецу несколько лет назад правая фракция ЛДП, настроенная против США, санкционировала отправку в Ирак нескольких частей Сил самообороны, чтобы продемонстрировать преданность администрации президента Джорджа Буша. Япония нуждалась в поддержке американцев, чтобы противостоять государствам-соседям, и чтобы эту поддержку получать, надо было делать реверансы. Но спустя некоторое время обстоятельства изменились. В связи с падением доллара роль мирового лидера Соединенных Штатов стала не такой очевидной, а сохранять приоритет — удовольствие не из дешевых. Конечно, в военном отношении США оставались могущественной державой, но в качестве расчетной валюты, особенно в области нефтяной промышленности, все больше укреплялся евро. И вот тогда Штаты объявили о смягчении своей позиции в отношении Северной Кореи, причем без всяких согласований с Японией. Само собой, на КНДР им было наплевать, но зато это решение серьезно укрепило отношения Штатов с Китаем. Япония оказалась в положении брошенной содержанки: деньги закончились, прощай, дорогая. В том, чтобы быть содержанкой, нет ничего плохого — пока женщина проводит время с мужчиной, сообразуясь со своей выгодой, она не испытывает сожалений, даже если он ей изменяет. Но когда теплятся романтические чувства, то, будучи брошенной, женщина способна возненавидеть своего охладевшего благодетеля. Примерно так и случилось — правая фракция ЛДП, а вслед за ней и большинство японцев сочли поведение США недостойным и были возмущены политикой бывшего партнера.