Но взрыва не произошло, а в комнату вошел Борис.

— Опа-на, — сказал он, — Голливуд продолжается. На полу валяется муляж гранаты, а мои друзья прикованы к батарее. Как вас расковать?

— У тебя в кармане брюк есть ключ, — осторожно произнес директор.

— У меня? — удивился Борис.

— У тебя, у тебя, — почти ласково сказал директор, — избавитель ты наш и отец родной.

Борис полез рукой в карман и к своему удивлению действительно обнаружил там ключ, подошел к прикованным, снял с них наручники и помог встать с пола.

Проделав эту операцию, Борис посмотрел на директора и Алину, но те отвели глаза в сторону, а уж если невзначай и взглядывали на него, то так, как глядят первоклашки на великовозрастного хулигана из соседнего четвертого, ожидая от него новых каверз на школьной перемене.

— Вы чего меня глазами едите, — спросил, наконец, Борис, — давно не видели?

— Да нет, — первым пришел в себя директор, — видели мы тебя примерно два часа назад.

— Боря, — спросила осторожно Алина, — а откуда у тебя шрам на левой руке?

— Да хрен его знает, сегодня столько всего было. Где-то поцарапал.

— Но это старый шрам, — уже смелее сказала Алина.

— Ну, нашли тоже, о чем спрашивать мужика, о старых шрамах. В общем, так: вещи готовы, машину я заправил, едем.

— Куда едем? — спросила Алина.

— Как это куда, туда, куда мы собирались ехать, к новой жизни.

Алина и директор переглянулись, но ничего не сказали, каждый взял свою сумку и направился к выходу. Борис же, увидев, что на полу остались еще три сумки, сгреб их все вместе и поспешил вслед за ними.

45

— Господи, — произнесла Алина, увидев вмятину на кузове, — кто-то помял машину.

— Я догадываюсь, кто это сделал, — ответил директор, — садитесь.

Директор разместил Бориса и Алину на заднем сиденье, уложил сумки в багажник, осмотрел автомобиль со всех сторон и только потом сел за руль.

Некоторое время он сидел на месте водителя, обиженно сопя, а потом повернул ключ зажигания и сказал:

— Поехали.

И ни директор, ни Борис, ни Алина не обратили внимания, что вслед за ними тронулся другой автомобиль, за рулем которого был начальник службы безопасности петрухинского казино, а на заднем сиденье расположился другой мужик. Рядом с ним в брезентовом чехле лежал армейский гранатомет «муха».

Машина директора, попетляв по улочкам Бреста, выбралась на главную трассу, а потом и на шоссе Брест — Минск. За ней как приклеенная следовала машина с бывшим начальником службы безопасности.

— Слушай, — сказал бывший начальник мужику на заднем сиденье, — а может, не надо. Петруха погиб, пусть они живут, ведь заказ некому контролировать.

— Заказ оплачен, — ответил мужик, — значит, я его выполню. Обгони их, не сзади же нам стрелять.

Начальник утопил педаль акселератора, и машина, набрав достаточную скорость, обошла автомобиль директора и стала удаляться от него.

Прошло около часа. Троица в автомобиле директора продолжала играть свои роли: Алина и директор — обиженных, а Борис роль человека, не понимающего, что происходит.

— Вы что такие дутые? — в очередной раз спросил своих попутчиков Борис.

— Щас объясняю, — сказал директор, — только в карман паркинга заеду, щас, щас.

Но указателя с латинской «Р» все не было, и пришлось ехать дальше, то есть откладывать объяснение на неопределенный срок.