Констант, вместо приказа разорвать тэн на месте, развернулся и, махнув рукой, пригласил его за собой.

- Нет, - преградил путь сейти капитан. - Вы обязаны казнить тэн прилюдно.

- Мой тэн, моя и забота, - процедил парень.

- Закон один для всех.

- Но не для меня.

- Тогда не удивляйтесь, если экипаж взбунтуется. Ведь если тэн позволено преступать черту, то тем более это дозволительно свободным флэтонцам. И мне.

- На что намек, капитан? Уж не угрожаете ли вы мне? - прищурился Лоан.

- Предупреждаю. Оставляя преступление тэн без ответа, вы становитесь равным ему.

- Это оскорбление капитан. Вы отдаете отчет своим словам?

- Почему нет? Что позволено одному, дозволено и другому.

С минуту стояла гробовая тишина - Рукихан и Констант мерялись взглядами, и вот сейти выхватил мэ-гоцо:

- Вы перешли границы дозволенного.

- Вы сами стерли их, - заявил мужчина, вытащив свой клинок. Теперь у него были развязаны руки, и он мог убить Лоан в честном бою, и притом - безнаказанно. Слабость сейти свидетельствовал весь экипаж гоффита и Рукихан выступал в бою как рука правосудия, карающая слабака и труса. Он спасал род Лоан от бесчестия и даже сам сегюр не сможет придраться и осудить его.

- Модраш - на помощь, - прошептал Лоундэйн мгновенно сообразив, что сейчас будет, и рванул на помощь подопечному. Семен прищурился, оценивая силы. Краем глаза определил пути отхода и, не задумываясь, встал на сторону Константа. Претензии к парню остались, и он выскажет их. Но позже. Сейчас же им обоим предстояло выжить.

В тот момент, когда клинок сейти скрестился с клинком капитана, толпа флэтонцев кинулась на агнолика и Константа. И была встречена Семеном. К нему неожиданно присоединился Парфик и крикнул Лоундэйну:

- Уводи сейти к сейферу! И прихвати землянина - я задержу этих!

Агнолик понял и, схватив за шиворот Семена и Константа, чудом втолкнул их в закрывающийся выход в коридор, в то время как Парфик выбил мэ-гоцо из руки Рукихана. В горячей баталии против толпы осталось теперь лишь двое, которые, встав спиной к спине приняли бой и прикрыли отход мужчин.

Семен, вылетев в коридор, понял, что к чему и не дал Константу вернуться. Перехватил и толкнул в глубь соседнего отсека:

- Уходи!

И отправил прорвавшегося за ними флэтонца обратно ударом в лицо.

Констант с горящими глазами смотрел на тэн и силился за секунду понять то, что не удалось ему сложить за недели полета. Мужчина что десять минут назад перечил ему и даже пошел на открытое противодействие, теперь защищал.

- Все-таки вы, земляне, непостижимы, - качнул головой, крепче перехватывая мэ-гоцо. - Вас как реликты изучать надо.

- Если не уйдешь, изучать будет некому! - крикнул Семен парируя удары еще двух прорвавшихся флэтонцев. Констант рубанул клинком по шее одного и, сделав посечку другому, толкнул землянина в сторону.

- Уходим вместе!

- Нужно вытащить своих!

- Лоундэйна и Парфика?!

Нет, землянин точно чокнутый! Совсем недавно они были его врагами, а теперь он их решил спасти, рискуя жизнью!

- Твоя смелость достойна флэтонца! Ты клоан?

Колмогорцев выхватил Парфика из толпы, раскидав мужчин, и потому не обратил внимания на вопрос парня. Лоундэйн же закричал Семену что-то грубое, резкое и, хлопнув по сенсору стены ладонью, закрыл за собой выход. Стена закрылась, оставив в коридоре трех потрепанных товарищей по случайной неприятности и четверых обозлившихся членов экипажа. По коридору уже неслась противная сирена сигнала тревоги и, слепя мужчин, мелькали неоновые пунктиры по кромке потолка и пола.

Драка продолжилась и грозила перерасти в бойню - уже слышался топот казенных ботинок и в глубине коридора виднелись другие члены экипажа.