— Так ты протестовала из принципа? — уголки его губ едва заметно дернулись. Удивление.

— Из принципа, что человек, анонимно нажаловавшийся директору, мог подбросить что-нибудь в мой шкафчик, — уточнила я. Адам долго, оценивающе глядел на меня, и я пожала плечами. — Я завела друзей.

— Да что ты говоришь, — Адам не прозвучал удивленным. Он открыл машину, судя по всему, принадлежащую ему. Я направилась было к пассажирскому сидению, но он остановил меня и протянул мне ключи. — Айви сказала, что ты хочешь научиться водить в Вашингтоне.

Прошло три дня со времен нашего чаепития с Айви, но она и слова не сказала о моей просьбе. Я предположила, что она забыла о ней или решила её проигнорировать.

— Почему именно тебя заставили учить меня «вождению в большом городе»? — спросила я у Адама.

— Никто меня не заставлял, — поправил меня он. — Я сам предложил свою кандидатуру, — он быстро обошел машину. — Я не доверяю Боди, когда дело доходит до ограничений по скорости, и только дурак доверится Айви за рулём.

— Она плохо водит? — было приятно подумать о том, что моя сестра хоть что-то делала плохо.

— Худшая из худших, — подтвердил Адам. — Не то чтобы она когда-нибудь врезалась в другую машину, но, стоит ей сесть за руль, все до единого мусорные контейнеры, фонари и почтовые ящики в радиусе сорока миль в смертельной опасности. Она не просто так наняла водителя.

Я позволила Адаму притвориться, что Боди — всего лишь водитель и забралась в машину.

— Первое правило безопасного вождения, — сказал мне Адам, пока я выезжала со стоянки, — будь осторожна с другими людьми. Водители здесь куда агрессивнее, чем ты привыкла. Движение более оживленное, а значит здесь больше раздраженных водителей, совершающих глупые поступки, чтобы добраться до работы на три минуты быстрее.

— Будь осторожна с другими людьми, — повторила я. — Звучит, как жизненный девиз.

Голубые глаза Адама мельком метнулись к моим, пока он направлял меня к повороту на главную улицу. Когда он понял, что я действительно могу повернуть, не взорвав при этом мою машину — и машины поблизости, он позволил себе завязать разговор.

— Проблемы с доверием?

— В смысле страха, что кто-то врежется в мою машину, или в смысле страха, что кто-то испортить мне жизнь?

— И то, и другое.

Его слова прозвучали скорее как ответ, чем как вопрос, так что я промолчала.

— Тебе нравится в Хардвике? — Адам попытался перевести тему разговора. — Не считая происшествия с директором.

— Это школа, — ответила я. Больше домашнего задания, ученики побогаче — но, в конце концов, старшая школа оставалась старшей школой, а моей целью оставалось выбраться из неё более или менее невредимой. — Она нормальная, — исправилась я, пожалев Адама, который заслуживал хоть чего-то за то, что тратил на меня своё время. — Уроки не так уж ужасны.

— Не так уж ужасны, — сухо произнёс Адам. — Высокая похвала.

Для меня она действительно была высокой.

После нескольких секунд тишины, Адам перевёл тему.

— Завтра похороны Тео Маркетта, — сообщил он. Затем сделал паузу. — Твоя сестра захочет пойти.

Я не была уверена в том, какого ответа он ждал.

— Тео был её другом, — продолжил Адам. Его спокойный, мудрый взгляд скользнул ко мне.