— Ничего не в порядке.

На какой-то миг она поднесла телефон к себе, но потом, словно человек, срывающий повязку с открытой раны, она толкнула его через стол в моём направлении, по одному разжимая пальцы. Я сжала телефон в ладони, чувствуя его тяжесть.

— Девочки, — учитель остановился у нашего стола. — Никаких телефонов.

Прежде чем он успел забрать его, я уронила телефон в карман пиджака.

— Каких таких телефонов?

Учитель указал на меня пальцем.

— Вот именно.

Урок тянулся до ужаса медленно. Мы справились с заданием. Но всем, о чём я могла думать, был телефон в моём кармане и тот факт, что Генри Маркетт продолжал прищурившись глядеть на нас с Вивви.

— Как оказалось, — сказал мне Ашер, проскальзывая ко мне в очереди во время ланча, — возможно, я знаю человека, который может достать информацию с одноразового телефона.

— Даже если с него всё удалили? — на перемене я проверила список звонков и контакты. И то, и другое пустовало.

— Мой человек… скажем так, очень изобретателен, — сказал мне Ашер. — Ничто нельзя удалить навсегда.

— Ашер, — между нами втиснулся Генри Маркетт. — Есть шансы на то, что сегодня ты не прогуляешь оставшиеся уроки?

— Этими словами Генри намекает, что ты плохо на меня влияешь, — сообщил мне Ашер. — Учитывая мои высокие требования к плохому влиянию, считай это комплиментом.

Судя по холодному выражению лица Генри, это был совсем не комплимент.

Если бы он только знал. Ашеру отлично удавалось вести себя естественно. По его тону можно было предположить, что мы с ним затевали розыгрыш, а не обсуждали способы восстановления удаленной информации с одноразового телефона.

Генри понятия не имел о том, как ужасно я влияла на его лучшего друга.

— Встретимся в компьютерном классе во время «окна», — сказал мне Ашер.

Я зашагала к школьному двору.

— Тэсс, — окликнул меня Генри. В его исполнении моё имя прозвучало так, словно он снизошел до произнесения какой-то ерунды. — Можно тебя на минутку?

Что, если он знает? Моё сердце напомнило о себе, яростно забившись о ребра. Конечно, он не знает, — сказала я себе. Он не может знать.

— Да? — спросила я.

Генри подошел ко мне.

— Насколько я понимаю, Эмилия наняла тебя присматривать за Ашером в моё отсутствие.

Эмилия. Не Вивви. Эмилия. Узел на моём желудке чуть-чуть ослаб.

— Эмилия пыталась нанять меня, — поправила его я, заставляя себя ответить на его слова. — А ещё она пыталась подкупить меня, и, я почти уверенна, что со временем она могла начать мне угрожать.

Генри не торопился с ответом, делая паузы между словами и наделяя каждое слово собственным значением.

— В любом случае, я вернулся, — его зеленые глаза слегка прищурились. — Чем бы ты ни занималась с Ашером, можешь завязывать с этим.

Генри Маркетт не хотел видеть мою сестру на поминках своего дедушки. Он не хотел, чтобы я приближалась к его младшей сестре. И он не хотел, чтобы я была фиксером для Ашера.

— Не хочу тебя расстраивать, — ответила я, — но Ашер — большой мальчик. Он сам может решать, с кем ему общаться, а кто для него — помеха.

На слове «помеха» выражение лица Генри самую малость изменилось. Он не ожидал, что я так хорошо понимаю его точку зрения.

— Я знаю, чем занимается твоя сестра, и знаю, какие разрушения она оставляет за собой, — тон Генри был приятным, но блеск в его глазах был его полной противоположностью.