Всего на миг Айви остановилась. Затем она поймала себя на этом и продолжила.

— Президент в этом не замешан, — сказала она. — Я не рассказала ему не потому, что подозреваю его, Тэсс.

— А Уильям Кейс? — спросила я.

— Что Уильям Кейс?

— По его приказу Боди притащили на допрос о черт знает каком преступлении, просто чтобы показать, что он на это способен! Адам сказал, что это было только предупреждение…

— Тебе не нужно волноваться об Уильяме Кейсе, — сказала мне Айви. — Я с этим разберусь.

— Он хочет, чтобы Пирса выдвинули на должность, — я позволила этим словам повиснуть в воздухе. — Он хочет этого достаточно сильно, чтобы попытаться запугать тебя арестом Боди.

— Боди не арестовали, — голос Айви был раздражающе спокойным. — Его просто допросили. А я не напугана.

В этом плане будет смысл, только если Пирс будет уверен, что его кандидатуру выдвинут на должность — иначе он не стоит риска. Слова Генри в сотый раз принялись преследовать меня.

— Он хорошо умеет получать желаемое, да? — спросила я у Айви. — Отец Адама.

— Я лучше.

Я спрашивала не об этом.

— У скольких людей, кроме президента, достаточно полномочий, чтобы выдвинуть кандидатуру на должность судьи верховного суда?

Айви явно не ожидала такого вопроса. Она молчала так долго, что я уже не ждала ответа.

— Люди вроде Уильяма Кейса, — наконец произнесла она, — их называют «создателями королей». У них есть деньги. Власть. По самым разным причинам они не могут быть политиками, но когда наступают выборы, они могут поколебать ситуацию в ту или иную сторону.

Я попыталась обернуться, чтобы взглянуть на Айви, но она развернула меня назад.

— Боди сказал, что первым делом ты проверила президента и отца Адама, — я опробовала другую тактику.

Айви опустила расческу и провела рукой по моим волосам. Не произнеся ни слова, она принялась заплетать их.

— Айви?

— Боди слишком много болтает.

Не держи она мои волосы, я бы снова обернулась к ней.

— У меня есть право знать. У Вивви есть право знать.

Айви добралась до нижнего конца косы. Какой-то миг она держала её в руках, а потом завязала её.

— Ты должна ещё немного довериться мне, Тэсс.

Доверие. Одного этого слова было достаточно, чтобы нас разделили мили. Я замерла, а Айви поднялась на ноги. Пока она не шагнула в сторону, я и не осознавала, то всё это время касалась её.

— Ты не знаешь, каково это, — сказала я Айви, вставая и шагая к зеркалу. Когда волосы не спадали мне на лицо, я видела нашу схожесть. Часть меня хотела распустить косу.

— Ты не знаешь, каково это, — повторила я, — когда тебе снова и снова говорят не вмешиваться, пока другие люди принимают касающиеся тебя решения. Вивви — моя подруга. Она пришла ко мне. И что бы ты не делала, ей это не помогает! Ничего нам не рассказывать — это не помогает, Айви, — я понизила голос. — Мы просто становимся беспомощными.

Айви встала у меня за спиной. Я обернулась к ней, не желая смотреть на наши отражения в зеркале.

— Я знаю, каково быть беспомощной, — тихо сказала мне Айви. — Я знаю, каково это, когда другие решают за тебя. Знаю, Тэсс, — в её голосе звучали эмоции — но я не могла понять, какие именно. Она что-то чувствовала. Это касалось меня? Этого дела? — Я не хочу, чтобы ты себя так чувствовала, Тэсси. Не хочу. Но тебе правда не нужно знать, чем я занимаюсь.