|
Мне это не понравилось. Как можно не любить собственного ребенка, даже если он вырос? Можно ненавидеть мужа, его семью, но не ребенка. Что же вы так долго скрывали?
— Оклемался все же? — усмехнулась Эланиэль.
— Расскажешь? — не выпуская мою руку, муж запихнул обе руки в карманы штанов.
— Расскажу. Всем доверяешь, кто здесь есть? Впрочем, мне все равно, — оскалилась Императрица. — Так вот… Я тебе не мать!
— Что? — выдохнули одновременно я и Тео, остальные остались невозмутимы.
— А ничего! — зло рыкнула Эланиэль, — Твоей мамой была Эль. Она умерла во время родов из — за Селании!
— А кто же тогда ты? — тихо спросил Тео.
— А я тебе тётя! — она расхохоталась. — Ирония жизни, Эль любила твоего отца, но ненавидела корону. А я ненавидела твоего отца, но так хотела эту корону! — она мечтательно улыбнулась. — Так вот, ты родился раньше времени. Такой весь синий, все боялись, что ты не выживешь.
— Селания провела ритуал, — тихо проговорил отец, — она думала о младенце, как её попросила Эль. Сама же Эль истекала кровью. Рядом была лишь твоя тётя.
— Да, — перебила его тетя Тео, — я была рядом с ней. Жалкая, слабая эльфийка. У нас таких не любят. Она даже своей силой не смогла себя залечить. И вот, эта слабачка, последний раз вздохнув, прокляла меня быть матерью её сына. Проклятье сработало, я стала похожа на Эль. Один в один. Даже шрамы на том же месте. Ровно до твоего Полного Совершеннолетия я была Эланиэль. Время вышло, мне пора уходить из вашей жизни, — она расхохоталась, — Как же я тебя ненавижу, мальчишка! Ты, несмотря ни на что, остался жив! Даже сила всегда на твоей стороне!
— Почему вы обвинили мою маму? — тихо спросила я, боясь услышать ответ.
— О, девочка, если бы Селания занялась не мальчишкой, а Эль, я была бы свободна от этого ужасного существования, — она снова безумно расхохоталась, — ты представить не можешь, насколько это противно спать в одной кровати с нелюбимым, — она вновь смотрела на Тео, — я изменяла твоему отцу, племянничек!
— И как же тебя зовут? — поинтересовался Теодор.
— О, это еще одно дело рук твоей мамаши, я своего имени не помню, она его забрала, надеясь, что я забуду все, — вновь безумный смех, — а я помнила и проклинала тот день, когда у меня появилась младшая сестричка! Это я вызвала раньше времени роды! Я хотела, чтобы вы оба умерли! Но этой Селании захотелось именно в этот день навестить подругу! — Она хохотала и кричала. — Что ей стоило дать умереть мальчишке? Я бы просто утешила вдовца и все! Но нет, этой дуре понадобилось спасти хотя бы сына подруги! Но я ей отомстила, девочка! Я ей подсыпала тоже средство, что и сестричке. Правда оно подействовало на тебя. И тут эта гадина выход нашла. Обменяла твою жизнь на свою.
Она еще что — то кричала, но я не выдержала, просто вырвалась из рук Теодора и побежала. Не знаю куда, цели не было. Просто хотелось скрыться от всех, чтобы никто не нашел. Я бежала, бежала, бежала, не разбирая дороги. В какой — то момент я просто упала. Я плакала навзрыд. Трудно было представить, что моя мама могла быть живой. Моя бы жизнь сложилась бы по-другому. Я ведь всегда себя виноватой считала в смерти мамы. Думала, что не будь меня, она бы жила. Папа бы был счастливым, не тосковал бы так.
— Селания всегда выбирала других, а не свою жизнь, — раздался тихий чей — то голос.
Я осмотрелась, но никого не увидела.
— Ты меня слышишь? — удивился голос. |