Мы пришли за двадцать пять минут до закрытия и с ходу объявили, что берём кредит на шесть с половиной миллионов рублей.

— Извините, это слишком большая сумма… выдача кредита должна пройти стадии согласования, — молоденькая девушка-консультант заморгала глазами, явно не желая выполнять свою работу.

— У меня есть долговое поручительство, в бумажном и видеоформате, — Евгений неохотно вытащил из кармана рубахи грубо сложенную дважды бумагу, а также небольшой носитель. Я слышал про практику видеоподтверждения поручителей, она была и в некоторых других мирах — докатилась и сюда. Я успел прочитать фамилию его дяди на бумаге и снова усмехнулся — вот же засранец, даже это предусмотрел.

— Бумажного достаточно… скажите, вы совершаете операцию без принуждения?

— Без принуждения, — кивнул Евгений. — Всю сумму перечислите вот ему на счёт…

Не буду описывать всю бумажную волокиту, но засыпая на упакованных вещах, я в десятый раз заглянул в кошелёк.

'Платёжный счётъ: 85 ₽ 05 коп.

Накопительный счётъ: 6 507 190 ₽'

Спал я, впрочем, недолго. До самолёта оставалось четыре часа — за это время я успел: заплатить внезапно объявившийся «налог на богатство» в размере пять процентов с суммы, перевести пятьдесят тысяч рублей на специальный фонд-счёт для строительства, установив управляющим Сида, а также ещё около десяти тысяч раскидал знакомым, родным и близким.

Последний платёж на континенте я с горем пополам выполнил уже из такси, выполнив полдюжины звонков — букет из двадцати пяти роз по адресу общежития, в котором жила Нинель Кирилловна, сопроводив его письмом:

'Дорогая Нинель Кирилловна. Дела государственной важности обязали меня отправиться на неопределённый срокъ на другой конецъ света. В места, где всё плохо со связью. Я могу вернуться и черезъ несколько месяцевъ, и черезъ полгода, и даже черезъ годъ. Я знаю, что у нас былъ уговоръ, касающийся следующей нашей встречи. Въ новых обстоятельствахъ у васъ нетъ ни малейшихъ обязательствъ передо мной, я оставляю вамъ право решать — ждать меня, либо не ждать.

Однако, Нинель, знай, что я не сомневаюсь в своих чувствах к тебе. Я буду ждать тебя — ждать встречи с тобой, потому что для меня ты особенная. Надеюсь, цветы дошли.'

Криво, на бегу, но это был тот минимум, который показался достаточным.

Уже садясь в самолёт, я получил короткое сообщение:

«Дошли. Какъ много ошибокъ! И какой грубый переходъ на „ты“. Да, Эльдар, я буду ждать… васъ. Скажемъ… полгода.»

И уже на следующей пересадке в Сочи я получил заключительное, дополнительное, последнее на долгие недели:

«Просто потому что я читала, что сильные чувства при разлуке живутъ максимумъ полгода…»

Часть III

Союз Льда и Пламени

Глава 21

Стоит ли мне описывать маршрут в южное полушарие в формате очередных «путевых заметок»? Пожалуй, опишу его кратко, потому как особо-азартных приключений не происходило.

Этот мир был более разрозненным, перелёты — длиннее, маршруты сложнее.