Тарек искренне зааплодировал ей, еле сдерживая смех, а Дагмар принялась размазывать изрядно опавший крем по краям стакана.
– Браво, – наконец серьезно сказал он. – Только чтобы ее окончить, надо учиться. Иначе останешься еще на год. Представь, все твои одноклассники станут взрослыми и уедут, а ты и дальше будешь торчать с нами и пересдавать экзамены.
– Я сдам их, – процедила Дагмар, правда, без особой уверенности. – И школа не показатель взрослости. Я уже взрослая.
Тарек хмыкнул и поднялся, чтобы вернуться к работе.
– Ну да, именно поэтому сидишь в «Тик Токе» в десять утра и заедаешь горе фраппучино из детского меню.
Дагмар поперхнулась и крикнула:
– Пригони мне эспрессо для бизнес мужиков и… и… газету!
– Газету?
– Да, новости почитаю. А ты козел.
Слова Тарека на самом деле больно ударили по ее самолюбию, и тут же захотелось ему что то доказать. Она вышла из «Тик Тока» и в ожидании заказа с сердитым видом уставилась в окно. Площадь опять опустела. Все разъехались на работу, и Фледлунд погрузился в дрему. Только на другой стороне улицы по гусиному расхаживала какая то женщина и что то высматривала.
Дагмар не преувеличивала: Фледлунд был ей уже до колик. В нем абсолютно ничего не происходило. Вернее, не происходило с ней. Время казалось замершим, а годы походили друг на друга. У нее были друзья, но их родители оказались умнее, и все уехали: кто в Берлин, кто в Гамбург, кто ближе к морю. От этого было грустно, потому что они то никогда отсюда не уедут. «ФЕМА» была для отца всем.
Вскоре Тарек принес ее заказ, и она, давясь горьким эспрессо, демонстративно погрузилась в газету.
«…организация «Плутон» отрицает свою причастность к провалу грунта на шоссе у датского контрольного пункта.
«Мы – патриотический отряд и занимаемся исключительно исследовательской деятельностью! – сообщает их представитель Отто Грамель. – На нас пытаются повесить любое происшествие во Фледлунде, но мы не сдадимся и будем и дальше искать исторические артефакты».
Глубина обвала составляет 12 метров, диаметр – 14. На месте находятся представители экстренных служб. Труп неизвестного, найденный на дне ямы, пока не опознан. «ФЕМА» заявила, что возьмет на себя экспертизу по выявлению причин образования провала…»
– Ну и муть… – пробормотала Дагмар, ощущая, как лицо разрывает зевота.
Если быть взрослым означает посвящать какой то дыре в земле полразворота, то лучше и дальше сидеть в «Тик Токе».
Внезапно она поняла, что на нее смотрят. У окна вплотную стояла та самая женщина, что шаталась на другой стороне улицы. На ней болтался видавший виды растянутый свитер, а лицо покрывали гнойные язвы. Она прижимала растопыренные ладони к стеклу, словно пыталась просочиться внутрь. Встретившись с Дагмар взглядом, женщина расплылась в диковатой улыбке.
– Блин! Только не сейчас, – застонала Дагмар, вскакивая с места. Эспрессо опрокинулся на газету, а стул упал.
– Ты что? – удивился Тарек.
– Так, сними быстро деньги за свой кофе и дай мне выйти через черный ход, – зачастила она, путаясь в волочащемся шарфе.
Он удивленно переводил взгляд с нее на женщину, прилипшую к стеклу как огромное человекоподобное насекомое. Сцена была, конечно, необъяснимая.
Терминал одобрительно пискнул, и Дагмар понеслась по служебному коридору, забыв вытащить карту. Тарек ринулся было следом, но его что то отвлекло. Девочка проворно выскочила в обшарпанный внутренний двор, забитый грузовиками и пустыми ящиками, и пролезла сквозь прутья забора на какую то боковую улицу. Но план побега провалился. Чокнутая раскусила ее и уже поджидала там, переминаясь с ноги на ногу. |