— Будем надеяться, что твоя жена этого не услышала, — тихо сказал Кайл и направился к сараю, служившему гаражом. Он умылся с мылом и вытерся чистым полотенцем — жена Джона требовала, чтобы они совершали эту процедуру, перед тем как войти в ее безупречно чистый дом.

Рейчел не отвечала на его телефонные звонки, он уже закончил здесь все свои дела и собирался возвращаться в Нептун-Лендинг. «Наверняка теперь все будет по-другому», — мрачно думал Кайл, вытирая руки. Оставить телефон Джона Скэнлон было, вероятно, все равно что указать Рейчел прямой путь к желаемым ответам. Она могла бы перезвонить ему на мобильный; в списке, оставленном под пистолетом, был и его номер. Рейчел могла связаться с ним в любое время, и ему не нравилось, что он, как мальчишка, ждал ее звонка, хотел услышать ее голос. Она раздражала его — именно это получалось у нее лучше всего.

Жить с ней будет все равно что по минному полю ходить.

А без нее и того хуже.

Рейчел не просто возбуждала его сексуально — она затрагивала нежные струны его души: ему хотелось открывать перед ней дверь, обнимать ее и прижимать к груди, защищая от всех горестей и бед, успокаивать, когда она горевала о смерти Мэлори.

И что еще хуже, он никогда не знал такого покоя, не только сексуального расслабления после оргазма, но и проникающей до глубины души умиротворенности, которая появлялась потом, когда она перебирала пальцами его волосы, гладила по плечам и груди.

Сдерживать мягкость и нежность стоило ему больших усилий и превратилось в настоящую войну с самим собой.

Когда мужчина задумывается о браке с такой своевольной и упрямой женщиной, как Рейчел, он обрекает себя на неприятности. И все-таки именно об этом думал Кайл, когда занимался с Рейчел любовью. Он думал о том, чтобы не надевать презерватив и сотворить внутри Рейчел новую жизнь…

Она была права, когда обвиняла его в мужском эгоизме, он даже в мыслях не мог допустить, что другой мужчина будет держать ее в своих объятиях, тем более увлечет ее в свою постель…

Кайл самодовольно улыбнулся. Если презерватив не ввел его в заблуждение, то напряженность тела Рейчел свидетельствовала о том, что у нее давно не было секса. А значит, ему она доверяет, в противном случае она бы его и близко к себе не подпустила.

Она распознала его желание отвлечь ее от эмоций, от тех душевных шрамов, которые он тщательно скрывал от посторонних глаз и не хотел, чтобы к ним прикасались.

— Стильная дамочка, и, по всей видимости, с характером, знает, чего хочет, — усмехнувшись, сказал Джон Скэнлон и взглянул на Кайла. Джон был моложе Кайла и счастливо женат. — Она с тебя глаз не сводит. О, да у тебя слюни текут, старина, словно на столе она единственный десерт. Знаешь ее?

Кайл почувствовал жаркое напряжение внизу живота, когда он вспомнил, как Рейчел двигалась сначала под ним, а потом сверху, этот мучительный тихий стон, когда она потеряла над собой контроль и взорвалась в конвульсиях от предельного наслаждения.

— Немного. От нее одни проблемы. Где Катрина?

Джон, отец девятилетней девочки, нахмурился.

— Они с матерью в доме, пекут печенье. А что случилось?

— Попроси Нолу спрятать Катрину на время.

— Это каким-то образом связано с Мэлори? — настороженно спросил Джон.

— Связано. Это ее сестра, и они с Мэлори сильно отличаются друг от друга, как небо и земля.

— Поэтому ты вчера приехал? Предупредить нас? Ты обычно звонил, а тут… Видно, все очень серьезно. Это Рейчел, не так ли? Я помню, Мэлори о ней рассказывала и очень хотела быть на нее похожей — умной, образованной, сильной…

— Звони Ноле, — перебил его Кайл.

Джон отошел с телефоном в сторону, а Кайл прислонился к красному автомобилю, участнику местных гонок.