— Напрасно ты это сделал, — сказала она Кайлу, поднявшему жалюзи.

— Я только хотел, чтобы ты обратила на меня внимание.

Кайл тут же опустил жалюзи. Он, полностью одетый, но без ботинок, сидел у окна, положив ноги на стоявший рядом стул. Влажные волосы аккуратно причесаны, лицо побрито, но та же засаленная, рваная рубашка и джинсы. Кайл улыбнулся Рейчел и положил на стол газету, которую читал. — Рядом с тобой на столике завтрак.

Прикрываясь простыней, Рейчел медленно села на измятой кровати, подложила под спину подушку. На стилизованном под старину подносе стояла большая тарелка с яичницей с беконом, рядом — черный хлеб, тосты, бокал с апельсиновым соком и небольшой кофейник. Рука Рейчел дрожала, когда она наливала кофе в большую, тяжелую кружку, стараясь не замечать пристального взгляда Кайла. Ее возмущал тот факт, что Кайл выглядел совершенно проснувшимся, в то время как она никак не могла прийти в себя в непривычной для нее обстановке, находясь в обществе мужчины, с которым она всю ночь занималась любовью. Она решила держать себя непринужденно, как будто для нее это было обычным делом.

— А где твой завтрак? — спросила Рейчел.

— Я завтракал у Марджи, она живет здесь. Она сказала, что за этот номер платить не надо, деньги тебе на кредитку вернут полностью. Сожалеешь о проведенной здесь ночи?

Она быстро прокрутила в уме комментарии, но не стала их озвучивать, не хотела унижать себя… или его. Это было потрясающе — заниматься любовью с Кайлом. Она знала, что будет помнить об этой ночи, что бы ни случилось потом. Рейчел аккуратно положила на поднос нож, которым намазывала масло на горячий тост.

— Никаких сожалений, и я заплачу, Кайл.

— Это лишнее. Я недавно чинил Марджи ее пикап. Я знаком с ней много лет, случается, помогаю ей по мелочам. Она рада оказать мне ответную услугу и не брать деньги с первой женщины, которую я сюда привез.

— Вот как? — Рейчел поставила тарелку с яичницей себе на колени и взглянула на Кайла. — Я что, особенная?

Губы Кайла чуть дрогнули в улыбке.

— Я бы сказал иначе… Просто ты первая женщина, которую я сюда привез. У тебя отменный аппетит.

Кайл был на расстоянии в несколько футов от нее, его пристальный взгляд пробуждал желание во всем ее теле.

— У тебя масло на губах, — глухо произнес он. — Скорее съешь это.

— Зачем? — Рейчел слизнула масло и провела языком по губам, они сделались влажными.

— Ты знаешь зачем. Ты намеренно меня провоцируешь. И тебе это нравится, не так ли? Нравится меня провоцировать? Хочешь всегда быть сверху?

— А ночью разве не ты был почти все время сверху?

Кайл всем своим видом бросал ей вызов, и Рейчел не могла не принять его. В этой дешевой комнате слова струились легко и свободно, к их любовной игре примешивался аромат кофе. С Марком они, напротив, всегда говорили по-деловому холодно и лаконично, поспешно одеваясь, обменивались планами на день и разбегались каждый по своим делам.

В глубине души Рейчел знала: будь она помолвлена с Кайлом и случись та неприятность в парке, Кайл отнесся бы к ней с нежностью и ждал, когда она вновь будет готова заниматься с ним любовью. Он окружил бы ее заботой и вниманием… Рейчел не хотелось вспоминать безобразные сцены, которые устраивал Марк, совершенно равнодушный к ее переживаниям. Она была лишь удачным дополнением к его имиджу.

Кайл сделал глоток из своей кружки, прислонился затылком к стене и закрыл глаза. Рейчел чувствовала, что он погрузился в себя, пытался найти слова, чтобы перевести разговор в иное, отличное от добродушного поддразнивания русло.

— Ее зовут Катрина… — тихо произнес Кайл, — в честь твоей матери.