Его руки не могли остановиться, они с наслаждением сжимали и отпускали ее мягкое тело. Он никогда не обнимал ее, его инстинкт проснулся и накалялся, тело напряглось. Кайла тянуло к Рейчел с того самого дня, когда он увидел ее в костюме русалки, с раковинами, прикрывавшими грудь…

Руки, повинуясь воспоминаниям, поднялись вверх и сжали ее грудную клетку.

Он наклонился, чтобы попробовать вкус чуть приоткрытых губ, и в этот самый момент получил удар чем-то твердым и тупым по самой уязвимой части тела.

Кайл посмотрел вниз — это был кий.

— Хм… Интересное средство защиты.

— Понравилось?

— Ты думаешь, это может помешать мне поцеловать тебя?

— Думаю, может.

Он лишь улыбнулся. Рейчел вновь была сама собой и не боялась его. И это хорошо.

— В любом случае поцелуй остается за мной, Рейчел. Ты знаешь, как сбить настрой.

Она многозначительно посмотрела вниз:

— Похоже, Скэнлон, твой настрой на своем месте.

Она была права, тело горело желанием, ему хотелось поглотить ее всю, сделать своей… «Удивительно, — отстранение подумал Кайл, — ни одной женщиной мне не хотелось обладать так, как Рейчел, и, пробудив в ней страсть, наслаждаться этой страстью…»

Кайл зная: он может сейчас обезоружить Рейчел, но он не стал этого делать. От связки ключей он отделил два — от входной двери клуба и от квартиры Мэлори — и бросил их на зеленое сукно стола, после чего направился к выходу.

Выражение его лица было хмурым. Он поднял Папа и посадил его в машину. Кайл уже видел подобную одержимость в глазах женщины — в глазах Мэлори, когда она с жаром убеждала, что бильярдная не может закрыться, она лучше умрет, чем допустит это. Сейчас Рейчел демонстрировала схожую решимость и не хотела слышать никаких советов от человека, который прошел с Мэлори весь печальный отрезок ее жизненного пути до самой смерти.

Гарри запрыгнул на подножку «хаммера», затем на переднее сиденье и устроился рядом с Папом. Кайл не стал выгонять кота, нажал на газ, резко развернул машину и поехал в свою мастерскую. Если Рейчел захочет вернуть кота, ей придется еще раз прийти к нему в гости.

Мысль о том, как негодующая Рейчел врывается к нему в дом, заставила Кайла улыбнуться. Он посмотрел на себя в зеркало: небритый, грязный, глаза красные от сварки и бессонной ночи.

— Надо позаботиться о привлекательности моей наружности, ребята, — сказал он, обращаясь к Папу и Гарри.

Кайл погрузился в размышления о Рейчел, о любви Мэлори к «Девяти шарам», очень похожей на наваждение, о тех исхоженных ступенях к квартире на втором этаже клуба…

«Но почему, черт возьми, именно Рейчел Эверли? Почему какая-то самоуверенная пигалица заставляет меня плясать под свою дудку как самого последнего дурака? Приближаться к ней — все равно что по стеклу босиком ходить или улечься на гвозди».

Кайл повернул голову, Пап и Гарри сидели рядом, как закадычные друзья.

— Похоже, игра продолжается, — сказал Кайл, нажав кнопку быстрого набора номера бильярдной.

— «Девять шаров». Мы пока еще закрыты. Пожалуйста, оставьте свое сообщение. — Деловой тон Рейчел вызвал у Кайла усмешку.

— Автоответчик вначале пикает, а уж потом человек оставляет сообщение. Поужинаем сегодня? Можно куда-нибудь пойти, а хочешь, поужинаем у меня дома в интимной обстановке при свечах. Правда, я на кухонном столе чиню карбюратор, но я его уберу, открою банку пива, поджарю на гриле немецкие колбаски с луком.

Короткая пауза, свидетельствующая о ее замешательстве, отчего его улыбка расплылась еще шире.