— Но ведь Лорен…

— А что Лорен? От нее, вообще-то, было очень много разных хлопот и дополнительных проблем, поэтому такой конец оказался всем очень даже удобен. Я понятно излагаю? — я кивнул головой. — Алиби опять же у тебя — ты в это время сидел в полиции, в Городе-на-Неве? Ну, вот. А такое железное алиби в твоем случае скорее отягчающее обстоятельство. К тому же по нашему запросу поступил внеплановый отчет от доктора Дэвидсона. Вы же хорошо знакомы, по-моему? Так он и раньше писал, что ты иногда становишься неадекватен, несдержан, временами бываешь сексуально озабочен и подвержен галлюцинациям. Вот. А относительно того, что мы оба с тобой сели в лужу… надо молчать. И следить, чтобы инфа не просочилась, куда не нужно. Я придумал тут вполне нормальную официальную версию, ее и будем придерживаться. Где сейчас эти люди? В Темном Городе? Вот и отлично! Для Хозяина, и для всех, кто что-то пронюхает, они — наши агенты там, и работают под прикрытием! Отныне будет так. Как ты понимаешь, исправить мы уже ничего не сможем, и единственная возможность сохранить наши задницы — это молчать. Что еще?

59. Алекс

Алексу снился длинный гипоксийный сон — липкий и тягучий, как плохой конфитюр. Запомнился одуряющий кошмар — девственный хаос, лишенный смысла и логики. Алекс бежал по пространству абстракций, которые он, убегая от какого-то монстра, старался на бегу собрать в одно целое. Он знал — оттого, как ему все это удастся, зависит сама жизнь. Но фрагменты складывались между собой из рук вон плохо. В конце концов, ему удалось составить из разнообразных обрывков завернутую в спираль многоцветную картинку, рисунок которой невозможно было рассмотреть вблизи. Алекс перескакивал с одного витка этой громадной спирали на другой виток, пока не очутился в своей квартире.

Первое, что осознал Алекс в то утро — был звонок телефона. Телефон звонил так долго и нудно, что хотелось его придушить. Солнце светило, как оно может светить только в начале хорошего майского дня. За стеклом было солнечное весеннее утро, но балконная дверь оказалась закрыта, и возникшая за ночь духота давила на сознание, вызывая кошмарные сны. Цепочка врезалась в шею, а амулет непривычно мешался на груди.

Накануне он получил со срочной почтой небольшую ценную посылку — Пухов был точен и аккуратен. Расплатившись с курьером, Алекс незамедлительно вскрыл упаковку. Амулет ему тогда очень понравился: красивая вещь, такую и на шее носить не стыдно.

Прошло месяц с того момента, как его первый раз пригласили на Кадашевскую набережную.

Телефон звонил. Алекс протянул руку, и ощупью нашел трубку.

— Да, я слушаю, — проговорил он интонацией тяжело больного.

— Здравствуйте, а можно попросить Александра? — ответил чем-то знакомый молодой мужской голос. Ну, да, именно этот человек недели три назад, сообщал Алексу, что его передумали принимать на постоянную работу.

— Я вас слушаю.

— Александр? Ну, наконец-то! С вами говорят из корпорации «Экспертные системы». Мы искали вас, но по тому номеру мне сказали, что вы уже уволились, а домашний телефон сообщить отказались.

— Я помню, вы говорили, что не можете взять меня на работу.

— Взять на работу в текущем месяце. Но связь оборвалась, а позже я так и не смог связаться с вами. Вы могли бы приступить к работе с первого числа? А разовый гонорар за написанную программу вам будет переведен сразу же, как только вы дадите номер своего счета… или в качестве бонуса начислим, когда станете работать у нас. Мы вас ждем…

Алекс с довольным видом положил трубку, и снова растянулся на диване.

Сон почти выветрился из его памяти.