Изменить размер шрифта - +
В середине Москвы ловить рыбу? С котом? С другой стороны — чего только не бывает на этом свете! Алекс уже хотел было перейти куда-нибудь подальше — не любил он, когда нарушают уединение, но не успел:

— Извините меня, — вдруг обратился рыбак, — не одолжите мне эту книжку? Мне очень, прямо сейчас нужно! — он показал рукой на Стивена Кинга. — Я не могу отсюда отойти, а вы себе еще купите — я бы вам заплатил, да и приплатил даже за неудобство, но в данный момент у меня нет с собой денег... Может — позже?

— А что? Берите насовсем и читайте, я вам ее так подарю, — отчего-то сразу согласился Алекс, вдруг испытав неожиданный приступ альтруизма. Мужик казался вполне нормальным дядькой. Только сейчас Алекс узнал в нем того самого охранника, который встретился ему еще в первый приезд сюда, когда двое «нинзя» везли его под белы рученьки на предварительный разговор с «работодателем». — Берите.

— О, спасибо! — обрадовался рыбак. — Люблю, знаете ли, Стивена Кинга, а этот роман не читал еще. Не успел. Я у Стивена практически все прочитал, но особенно меня потрясла «Долгая прогулка». Понравилась «Буря столетия», но конец немного разочаровал — я ждал чего-то иного. Точнее я надеялся, что сущность Андре Линожа окажется другой. Так же понравилось «Безнадега», но опять же подкачал конец, у меня сложилось впечатление, что автору надоело писать и он смял концовку. А вы не пожалеете, что выручили меня. Заходите, если что.

С этими словами рыбак повернулся и растворился в воздухе. Вместе с ним пропали спиннинг, черный кот и том Стивена Кинга.

Почему Алекс тогда не упал в воду, он даже не мог потом сказать. Мог бы и упасть. Бессознательно, как лунатик, он прошелся туда-сюда по набережной, а когда настало время, отправился к своему менеджеру. Фирма ЮниКод арендовала этаж нового здания, где располагался некий коммерческий банк. Вся встреча прошла в каком-то полусне и на полном автопилоте. Подписав необходимые бумаги и получив то, что требовалось, Алекс снова бросился на набережную к гранитным ступеням. Рыбак уже сидел тут, но без удочки и без черного кота. Будто бы и не исчезал никуда. Алекс, рискуя простудить себе задницу, молча сел рядом и стал ждать. Почему-то ему казалось, что он обязательно все узнает, и этот странный мужик просто обязан заверить его, что он еще не окончательно сошел с ума. Некоторое время они молчали, глядя на серую воду, по которой плыли радужные бензиновые пятна. Сидя на набережной, Алекс впервые не почувствовал нормального для таких случаев веселого возбуждения и подъема настроения. Его раздирало любопытство.

— Вот, подложи под себя, а то заболеешь, — рыбак, перейдя на «ты», протянул Алексу деревянную дощечку — как раз, чтобы удобно сидеть. — Я — хранитель, — просто и спокойно заявил «рыбак». — Хранитель этого места. Давно уже, лет семьсот. Вот мои владения — кусок набережной от моста и до того угла. Эти дома тоже мои, до самого переулка. Хотя для нас, хранителей — семь сотен лет вообще-то не возраст. Город, правда, ставит свои правила, и хранители тут надолго не задерживаются. Вот если леший или болотник — он может тысячелетиями жить в своем месте, но если лес вырубят или болото осушат то все — беда хранителю. Мало кто сможет приспособиться к новым условиям. Я же, как в хранители попал? Было дело при блаженном князе… дай бох памяти… Юрии Данииловиче Московском, да. Москва уже давно существовала, но там, за рекой, здесь же еще диковато было, хоть и беспокойно. С юга частенько всякие лихие люди набегали: то татары наскочат, то соседние удельные князья, то обычные разбойники. Но главные торные дороги тоже на юг тянулись и здесь расходились — одна шла на Каширу и Серпухов, а вторая вела на Калугу. Прямо на этом месте, у развилки, кабак стоял, а место-то сырое было, болотистое.

Быстрый переход