– Ну конечно, нет!

– А чего у тебя вид такой?

– Мы просто очень испугались! – заторопилась мама, поправляя больничное одеяло.

Яна повращала глазами. Больно.

– Мам, спасибо за апельсины, но можно их убрать? Они меня слепят.

– Это не мы, а друг твой принес.

– Какой еще друг? Сашка Симонов?

– Нет, незнакомый какой-то, но представился другом. Фамилия такая… известная… Ах да! Бехтерев. Ты с ним знакома?

Знакома ли она с Бехтеревым? Да он ей даже в забытьи являлся!

– Мам, Бехтерев был со мной, когда бабушка Наташа…

– Да откуда он взялся? – удивленно, но без тревоги спросила мама.

– Ремонт у нас делал.

– Так он из бригады? Штукатур-маляр?

Яне почему-то стало обидно за Бехтерева. Она уже собралась сказать, что на самом деле никакой он не маляр, но вдруг вспомнила, что понятия не имеет, где тот работает.

А если в самом деле маляр?

– Так он ко мне приходил?

– Пока ты была подключена к ИВЛ, его не пускали. Ты что, хочешь с ним увидеться?

В мамином голосе наконец-то прозвучала тревога.

– Не знаю. Не сейчас.

Не хочется, чтобы он увидел ее такой: нечесаной, немытой и помятой.

– Ну и отлично. Передам сестрам на посту, – с видимым облегчением сказала мама.

Яна испугалась:

– Не надо, мам! Это неудобно! Человек помогал, поддерживал, а я…

– Ну, должен же он понимать, что посторонним приходить не всегда удобно.

Так в этом все и дело. Бехтерев, кажется, не совсем посторонний. Или это только кажется?

– Мам, а что говорят в полиции? Нашли преступника? – перевела она разговор.

– Пока нет, но ищут. Давай обсудим это дома. Сейчас тебе вредно волноваться.

– Волноваться вообще вредно, а я все равно видела, так что…

– Это другое дело, Яна! И не заставляй меня! Вот выздоровеешь, тогда…

Мама держалась уверенно, но Яна почувствовала: обсуждать убийство она не хочет по другой причине. Преступника не нашли и не найдут. Вот в чем все дело.

И чего тогда об этом говорить?

– Ладно, мам. Я что-то устала.

– Конечно, конечно, – засуетилась та. – Я приду вечером, принесу супчику.

– Только не говори сестрам насчет Бехтерева. Лучше я сама ему позвоню.

– Хорошо. Как хочешь.

Мама помедлила у двери, видно, сомневаясь, но все же не удержалась:

– Надеюсь, ты не собираешься преподнести нам сюрприз?

Яна хмыкнула. Любимое мамино выражение. Не выучила уроки? Надеюсь, ты не собираешься преподнести нам сюрприз? В этой юбке ты выглядишь вызывающе. Надеюсь, не собираешься преподнести нам сюрприз?

Интересно, до какого возраста с ней будут общаться подобным образом? Ты беременна? Надеюсь, ты не собираешься преподнести нам сюрприз? Вот прикол!

– До вечера, мам. Я спать хочу.

Мама вышла из палаты, но показалось, что ее тревога и неудовольствие остались.

– Кыш! – сказала Яна маминому неудовольствию.

Вечером она позвонит Бехтереву и скажет спасибо за апельсины.

Однако он позвонил ей раньше. Его голос так на нее подействовал, что она даже задыхаться стала. Еле справилась с собой и светским тоном поблагодарила за заботу.

Савва стал расспрашивать о здоровье, о перспективах выписки и тоже был очень вежлив, чем в конце концов ее расстроил.

Кажется, для него звонок – всего лишь формальность. А вот она почему-то до сих пор ощущает его руку, когда он вел ее к машине от бабушкиного дома.