Вот, что я имел в виду?

Приятный.

Я киваю, и он продолжает:

— Омар был чрезвычайно неуважительным в последнее время. Он не являлся на свои смены. Он не под моей ответственностью больше. — Он откидывается назад и говорит со вздохом: — Он ушел, парень.

О, черт.

Это то, чего я боялся. Омар больше не подчиняется приказам дяди Джерма, что означает, что действует сам по себе и следует своим собственным правилам. Если Дядя Джерм получит доказательства вербовки Омара в другую банду за его спиной, у Дядя Джерма не будет иного выбора, кроме как убить его.

Что было бы хорошо для меня.

Я произношу после паузы:

— Я понимаю.

Дядя Джерм кивает и говорит:

— Да. Я знаю, что ты понимаешь меня, сынок. Я не очень много могу сделать прямо сейчас, но отправлю своих людей следить за ним. Давно не видел его. Если бы я мог контролировать его. Терроризирование невинной девочки — не то, как «Шестерки» себя ведут. Я слышал, что он хочет ее. Тебе лучше побеспокоиться о безопасности со своей стороны. Если он хочет ее, то найдет способ добраться до нее. Позаботься о ней.

И на этом мы уходим.

Мы не добились многого, но, по крайней мере, я получил некоторую информацию.

Я немного ошеломлена, когда вижу Духа с тремя другими мужчинами. Дух даже не смотрит на нас девушек, когда заходит, отдавая инструкции мужчинам. Один человек с блокнотом и ручкой записывает, энергично кивая. Другой человек делает замеры. И третий человек почти выталкивает меня из-за прилавка.

Ну, простите меня, мистер Невоспитанная задница.

Дух, наконец, замечает меня и подходит. Он твердо говорит:

— Улучшаем вашу охранную систему, Ти, учитывая, что у вас уже... — он смотрит вокруг, потом снова на меня, — ничего нет. Также отремонтируем этот проклятый звонок.

Ура, что починят звонок. Я не уверена в остальном.

Я осторожно спрашиваю:

— Есть ли причина, почему мне нужно беспокоиться о безопасности в магазине, если у меня не было проблем в течение двух лет?

Он хмуро смотрит на меня и отвечает:

— У тебя есть вопросы, обсуди их с Ником. Я просто исполняю несколько поручений, Ти.

Ну, блин!

Я смотрю вокруг и вижу людей, которые уже сверлят отверстия в стенах, и пыль сыплется прямо одежды.

Фу.

Я бегу к одежде и срываю с вешалок. Стряхиваю, что могу, но уверена, что одежда будет нуждаться в паровой чистке.

— Не кладите это тут. Эта одежда очень дорогая, обратите внимание. Отремонтируй проклятый звонок, прежде чем делать что-нибудь еще, это чрезвычайная ситуация.

Мой спаситель.

Мое лицо смягчается. Я подхожу к Нику сзади, обнимаю его и прижимаюсь губами к середине спины. Я произношу приглушенно:

— Спасибо, дорогой.

Его руки охватывают мои, плотно обернутые вокруг его талии. Он отвечает:

— В любое время, милая.

Ник отдает еще один приказ:

— Не вешайте камеру там. Нужно сосредоточиться на внешней стороне также.

Камера?

Я тихо спрашиваю:

— Ник, зачем мне нужны камеры?

Он отдает еще один приказ:

— Сделай тревожную кнопку перед камерой.

Тревожная кнопка? Зачем?

Я волнуюсь!

Я шепчу:

— Ник, ты пугаешь меня.

Он поворачивается в моих руках, так что теперь я обнимаю его спереди. Он целует меня в лоб и отвечает спокойно:

— Всего лишь меры предосторожности, Тина. Я не думаю, что ты в опасности, но стоит сделать все это в качестве меры безопасности. Ты хочешь, чтобы твои девочки были защищены, не так ли?

Удар ниже пояса, что я могу сказать по этому поводу? Нет?!

Я отвечаю мрачно:

— Да.