Почему я до сих пор сижу за столом?

Боже, я такой идиот. Я ждал несколько дней информацию, и теперь я сижу в нерешительности.

Не-а.

Я двигаюсь, пока мое тело пытается сопротивляться. Я прохожу по коридору мимо чил-аута и слышу, как Макс кричит:

— Куда ты?

Я кричу в ответ:

Хорошо, так что я придумал историю о том, что хочу устроить сюрприз своей девушке, которая думает, что я приеду только через день. Девушка на ресепшене, видимо, была романтиком и поверила мне.

Заметка для себя: Никогда не останавливаться в этом отеле.

У нее не было никакой возможности узнать, что я не опасен. Я мог бы быть Омаром, о боже.

Итак, я стою перед комнатой Тины с моим пакетом, полным конфет. Я проверяю часы. Сейчас 23:49. Я уверен, что она спит. Или, по крайней мере, я надеюсь, на это.

Таков был мой план. Зайти, когда Тина спит —  будет меньше шансов получить в лицо, когда она сонная.

Подождите...

Разве она не продемонстрировала мне приемчик Брюса Ли и сделала мне удушающий захват, когда была сонной?

Отлично. Просто здорово. Я забыл об этом.

Я качаю головой и вставляю ключ-карту. Загорается зеленый свет, и я аккуратно открываю дверь, стараясь не шуметь. Я осторожно захожу и вижу Тину, спящую в постели. Она спит на животе, чего никогда не делает. Она всегда сворачивается в калачик на боку. Выглядит так, как будто она голая под простыней. Я делаю шаг ближе и от того, что я вижу то, мне хочется зарычать и ударить что-нибудь.

Спина и плечи Тины покрыты фиолетовыми синяками.

Вот почему она спит на животе. Ей больно. Я причинил ей боль. Я не заслуживаю Тины.

Но я хочу ее.

Я сажусь на край кровати, стараясь не разбудить ее, и наклоняюсь вперед, опираясь локтями на колени. Провожу руками по волосам.

Я знаю, что это Ник, и независимо от того, что произошло на днях, я его не боюсь.

Ник не хотел толкать меня, чтобы я споткнулась. И это именно то, что произошло. Я споткнулась.

Мне до сих пор больно, физически и психически. Вот почему я делаю вид, что сплю. Я напоминаю себе дышать глубоко и не реагировать ни на что.

Я чувствую, что его рука слегка касается моего плеча, и дрожу.

Предательское тело!

Я чувствую, как он стягивает одеяло, чтобы открыть мою спину и плечо. Я не понимаю почему, но даже небольшое давление одеяла причиняет боль. Я стараюсь не вздрогнуть.

Ник шепчет хрипло:

— Мне очень жаль, детка.

Я почти забываю, как дышать. Небольшая часть меня отчитывает меня за то, что я притворяюсь спящей, но другая часть так отчаянно хочет услышать то, что он говорит мне, пока я якобы сплю.

Он продолжает шепотом:

— Я не хотел тебя обидеть. Вернись ко мне, детка. Я проведу остаток своей жизни, оберегая тебя.

Мое сердце замирает.

Ник хочет меня обратно. Он, должно быть, знает, что на самом деле произошло.

Это здорово!

Не делай этого. Не отдавай сердце снова. Это слишком больно.

Мне больно. Я не знаю, смогу ли справиться с этим снова. После Джейса было трудно, но после Ника, как я на самом деле и думала, мне кажется, что я умру от разрыва сердца.

Я должна подумать об этом.

Я чувствую его дыхание близко к моему уху. Он целует мою шею, и так тихо, что я еле могу слышать, шепчет:

— Люблю тебя, Тина.

Он ходит вокруг, и я слышу какие-то странные звуки несколько минут, затем дверь открывается и закрывается, значит он ушел.

Я сажусь на кровати и вижу на столе в углу что-то, чего там не было прежде. Я включаю прикроватную лампу и перемещаю свое больное тело к столу.

То, что я вижу, заставляет меня улыбаться. Первая настоящая улыбка за несколько дней. Ник, очевидно, спросил Нат о моих любимых конфетах.