Он смотрит стыдливо и объясняет:

— Когда мы встретились, я не был уверен в тебе. Было много женщин, которые пытались добраться до меня из-за денег, и я  должен был знать, есть ли вероятность, что ты могла бы быть одной из них.

Мне нечего скрывать от Ника. Я на самом деле сожалею, что прошлые переживания сделали его неуверенным в намерениях людей относительно него. Мне грустно из-за этого.

Я расстроена, что он может знать о Миа. Когда люди узнают о ней, они начинают относиться ко мне по-другому, смотрят на меня с жалостью. Обычно после этого я начинаю избегать их, а я действительно не хочу избегать Ника. Мне нравится Ник. Я просто хотела бы рассказать ему о Миа в свое время, когда буду готова.

Я стараюсь выровнять голос:

— О, Ник. Я могу это понять. И мне нечего скрывать от тебя. — Я пытаюсь улыбнуться. — Я не дружу с тобой из-за денег.

Слегка шокированный, он  подскакивает в своем кресле и соглашается:

 — О, я знаю. Я просто не хочу никаких секретов между нами. И я хотел, чтобы ты сама посмотрела файл.

Поворачивая файл ко мне, он слегка улыбается.

— Смотри.

Прежде чем открыть файл, я бросаю на него взгляд с опаской.

Боже мой!

Здесь, по крайней мере, десять страниц. Я в шоке, сколько человек занималось этим. Моё свидетельство о рождении, мой адрес и телефоны, данные моего банковского счета (ой), документ на право собственности зданием «Сафира» (что ж, он в курсе), фирменный сертификат, в котором мое имя зарегистрировано в качестве владельца бутика «Сафира» и несколько страниц личных интересов / расписаний.

Святые эклеры!

Этот парень на самом деле знает обо мне всё. Это немного жутко.

Там нет ничего о Миа. Ничего о Джейсе Везерсе. Или моей маме. Он не знает, что я унаследовала деньги от мамы. Я немного расслабляюсь.

Ник нервно ждет, чтобы что-то сказать.

Я читаю файл и спрашиваю:

— Могу ли я взять его?

Он снова улыбается.

— Конечно.

Я улыбаюсь в ответ:

— Спасибо, Ник.

Нахмурившись, он тихо говорит:

— Я надеюсь, что я не переступил черту. Я не хотел, чтобы наши отношения стали неловкими. — Он прочищает горло. — Мне нравится проводить с тобой время.

Я улыбаюсь внутри и уверяю:

— Нет, совсем нет. Это, вероятно, было бы странно, если бы я узнала об этом иначе, но ты сам рассказал мне. И я понимаю, почему ты сделал это. — Я хихикаю. — В конце концов, кто посылает парню конфеты? — я закрываю лицо руками и смеюсь от смущения.

Его плечи опускаются, и его лицо выражает облегчение.

Он смеется над моей реакцией:

 — Я должен признаться, думал, что это было немного странно, но теперь, когда я знаю тебя, думаю, это было очень мило.

Я опускаю руки, поворачиваю свое покрасневшее лицо к нему и улыбаюсь.

— Таким образом, мы все еще друзья?

Он усмехается.

— О, да.

Я отвечаю:

— Он собрал информацию обо мне.

Я занимаюсь своими делами и пытаюсь игнорировать взгляды Лолы и Нат.

— Но почему? — тихо говорит Нат, она в замешательстве.

Лола упрекает:

— Ах, черт возьми, нет, мы не продолжим этот разговор без Мими. — Она подходит к прилавку, включает громкую связь и набирает, как я понимаю номер Мими.

Телефон начинает звонить, а затем мы слышим обычное приветствие Мими:

— Йоу!

Лола прочищает горло и начинает:

— Мимс, мы все здесь и нужно, чтобы ты приняла участие в разговоре. Тема для обсуждения: Почему Ник навел справки о Тине.

Мими на самом деле звучит смешно через динамик:

— Ну, офигеть, вот это круто!

Трое из нас в магазине говорят:

— Что? — это получилось слишком громко.