Наше мнение сводится к тому, что следует согласиться с этим. Принять вышеупомянутое предложение предпочтительнее, чем отказаться от него, настаивая на первоначальном нашем требовании 100 000 фунтов стерлингов, ибо ясно видно, что им не под силу исполнить его в настоящее время…»

Офицеры пришли к выводу, что они и так уже захватили в Картахене изрядную добычу. Однако, учитывая, что рядовые участники экспедиции могут проявить недовольство относительно размеров причитающейся им доли, все командиры единогласно отказались от своей доли добычи в пользу простых солдат и матросов, решив вознаградить их за все опасности и тяготы долгого похода.

«Во время нашего пребывания в этом городе… между нами и испанцами сохранялись уважительные отношения — мы пировали и выказывали им различные знаки внимания, — пишет участник экспедиции. — Среди прочего имел место визит к нашему генералу губернатора Картахены с епископом города и иными знатными людьми. Город Картахену мы изрядно подпортили в разных местах, предав многое огню… от досады, а также с целью заключения договора с ними о выкупе; в конце концов мы договорились с ними о 110 000 дукатов [30 250 фунтов стерлингов] за то, что еще уцелело…»

Указанная сумма была согласована во время переговоров с представителями губернатора — капитаном Тристаном де Ориве и вице-губернатором Диего Дасой и внесена золотыми слитками. Но она касалась лишь города, а не его окрестностей. Поэтому англичане решили «выжать» из испанцев дополнительные суммы за неприкосновенность монастыря Сан-Франсиско, находившегося в четверти мили от Картахены, на холме Ла-Попа, скотобойни и форта Бокерон, охранявшего вход во внутреннюю гавань. Две роты солдат, занявшие монастырь, начали обкладывать его стены дровами. Осознав, что захватчики вот-вот подожгут святую обитель, настоятель монастыря поспешил отдать за его сохранность тысячу крон. Что касается форта, то он не был выкуплен, и англичане взорвали его. Кроме того, они сожгли стоявший на рейде испанский галеас и два своих судна, пришедших в негодность (вместо них Дрейк велел забрать два новых испанских барка).

После всех этих событий, закончив погрузку на борт трофейных пушек, колоколов и прочей добычи, флот двинулся к острову, находившемуся близ выхода из лагуны. Здесь корабли стали на якорь и команды занялись доставкой на борт свежей воды и фруктов — апельсинов, лимонов, гранатов, цитронов и прочих экзотических плодов.

«Проведя в этом городе шесть недель, — писал участник событий, — мы вышли в море в конце марта (согласно испанским данным, это случилось 2 апреля по юлианскому календарю или 12 апреля по григорианскому календарю. — В. Г.); через два-три дня большой корабль, который мы взяли в Санто-Доминго и который был назван „Нью Йирс гифт“, стал сильно протекать, будучи [изрядно] нагруженным пушками, шкурами и другой добычей, и ночью отделился от нашего флота. Генерал, обнаружив пропажу на следующее утро, собрал весь флот на совещание, так как боялся, что с ним могло приключиться великое несчастье… Ведь он протекал так сильно, что все его люди не переставали откачивать воду. Но в конце концов он нашелся, а с ним и барк „Талбот“, который, на счастье, оказался рядом и был готов забрать с него людей, чтобы спасти их. Генерал, узнав о их бедственном положении, повернул весь флот назад к Картахене».

Можно себе представить ужас на лицах испанцев, когда 4 апреля они снова увидели корабли англичан. Жители города немедленно бросились спасаться бегством. Чтобы успокоить их, Дрейк отправил к губернатору Картахены своего посланника с объяснением причин, почему флот вынужден был вернуться в бухту. Он заверил губернатора, что ни один английский солдат не сойдет на берег, и просил лишь позволить его пекарям свободно пользоваться городскими печами для выпечки хлеба.