А дойдя до озера китомедузы, разбрелись, как набитые дуры, чтобы поплавать. Арло поднялся в шахту над куполом, расположился у трещины в полу и сверху уставился на озеро.

Женщины разделились, аккуратно сложили форму, оружие и мешки с водой на каменный выступ и выставили напоказ свои изумительные тела. В результате — эта реакция становилась столь частой, что даже смущала Арло, — его член поднялся. Женское тело вообще тревожило его, но эти тела действовали исключительно возбуждающе!

Естественно, всплыла китомедуза и занялась амазонками. Ее туша заполнила все озеро — китомедуза веками расширяла его, согласуя со своим медленным ростом, — ее похожий на канат язык обвивался вокруг купальщиц и затягивал их в утробу. Безвозвратная потеря красоты!

Амазонки бросились защищаться, но в воде оказались в невыгодном положении. Тем не менее, действовали они верно. Они проткнули дротиками тушу китомедузы и отрубили ей язык. Немного спустя китомедузу это доконало. Она погрузилась в воду.

Одна из амазонок убежала в запутанный туннель-петлю. Или, пожалуй, пошла его исследовать, потому что не очень спешила. Она держалась как царица и, очевидно, имела в отряде какую-то власть. Вероятно, отправилась разыскивать новые ловушки, чтобы женщины в них не попались. Очень благоразумно. Арло уже слышал размеренную поступь местной гусеницы и знал, что вскоре появятся и другие хищники.

Между тем у него появилась возможность. Арло тихо вошел в туннель и отрезал амазонке отступление, держа дротик наготове. Он не сомневался, что сумеет одолеть ее, ведь он как-никак мужчина, а она — женщина.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он вслух по-галактически.

Она обернулась и в зеленом свечении камня увидела его.

— Здравствуй, Арло, — сказала она.

Он в испуге застыл на месте. Откуда эта амазонка, только что оказавшаяся в пещерах, знает его?

— Конечно, знаем, — сказала она. — Ты — единственный в Хтоне независимый пещерный мальчик. Я заметила тебя в туннеле, когда мы шли, и поняла, что ты преследуешь нас, а потом разглядела твое лицо в трещине на потолке. Я решила, что встречусь с тобой, если пойду в одиночку. Я не хотела тебя пугать.

— Я не испуган, — с негодованием проговорил Арло.

— Верно. Извини, я выбрала не то слово. Мы надеемся, что ты поможешь нам. Как ты видел, мы отчаянно нуждаемся в помощи, поскольку не знаем пещерных опасностей.

— Ты — телепатка! — воскликнул Арло.

— Я — миньонетка, — сказала она, распрямившись.

Миньонетка! Это слово вызвало сонм перепутанных образов — раздражающих и соблазняющих. Теперь он видел, что несмотря на одежду, она прекрасна: прекраснее Ады, Кокены и Верданди, прекраснее своих нагих соратниц-амазонок. Волосы ее живым пламенем полыхали вокруг лица, а глаза напоминали глубокие садовые пруды.

Перед ним стояла живая полутелепатка-миньонетка, как в его сегодняшнем сне. Теперь он понял, почему его дедушка-человек и наполовину человек отец полюбили миньонетку. Ее красота была столь безусловна, что он с трудом мог глядеть на нее.

Арло почувствовал привкус вины: ведь он был помолвлен с Алой и думал, что оставит без внимания этот случайный соблазн. Но теперь понял: ничего подобного!

— Ты и сам очень красив, — сказала она. — Твоя вина доставляет мне удовольствие.

Верно! Она не только улавливала его чувства, но и воспринимала их в перевернутом виде. Этой суке нравилось его самоосуждение!

— Да, — согласилась она. — Вот почему до сих пор планета Миньон находится под запретом. Нормальные люди отвергли нас, хотя мы сами, в сущности, те же люди.