— Почему мы видим ее, Три-Семь-Восемь? — на этот раз Янг повернулся к Чистильщику. Сухим желто-коричневым пальцем, он указал на ломаную линию света.

— Дополнительная настройка. — сказал тот. — Демонстрация. Мы можем убрать визуальный эффект.

— Будьте добры.

Бэй Ву снова кивнул в сторону техника. Это был единственный доступный ему способ движения, поскольку все остальное его тело было затянуто в жесткий корсет из армированного стальными нитьями кевлара. Который, в свою очередь, был закреплен на подвижной вертикальной тележке.

На подобных мерах предосторожности настояли новусы. Представитель Иерархии вроде бы убедил членов Альянса в том, что лично он не несет им угрозы, однако те предпочитали перестраховаться. Кто такой Чистильщик и каковы его возможности, они знали прекрасно.

Самого же Бэя Ву, казалось, совершенно не трогало превращение в неподвижный кокон. По крайней мере, вел он себя по прежнему свободно и раскованно. Словно бы находился не на испытаниях, скованный по рукам и ногам, а на светском рауте. С бокалом шампанского в руках.

Техник послушно отстучал новую комбинацию на пульте. Белая полоса исчезла. Дрожание воздуха, ее окружающее, тоже.

-- Передача энергии? – спросил Янг у обслуги.

Из всех членов принимающей комиссии, он больше остальных интересовался предложенной функциями технологией. Одной из предложенных технологий. Азиатский союз намеревался выжать из заключенного с пришельцами мира максимум возможного. Впрочем, как и все остальные Лидеры.

– Продолжается. – подтвердил второй техник, с таким же как у первого мобильным пультом в руках. Он стоял у принимающего штыря и следил за показаниями приборов.

– Потери при передаче?

– Менее 0,0001 процента.

Стрельницкий вскинул брови, задвигал губами, вероятно, подсчитывая возможности данного способа транспортировки энергии. Покивал сделанным выводам и тут же задал вопрос Чистильщику.

– А при увеличении расстояния процент потерь растет?

– До трехсот па… до ста двадцати трех километров – нет. – ответил тот. – Затем, да. В геометрической прогрессии на каждый километр.

– Это потрясающе! – воскликнул первый техник. – Совершенно потрясающе! Это перевернет всю, что мы знаем о передаче энергии! Полностью отпадет необходимость в дорогой и сложной инфраструктуре, в линиях электропередач! Я уже не говорю о сопутствующих возможностях.

Никто мнения персонала не спрашивал, но радоваться ему, при этом, не мешал. Сколь бы далеко не ушли новусы от людей, они, все же оставались подверженным эмоциям. И понимали проявление их у других. Когда им было это выгодно, разумеется.

Марта Джобс скупо улыбнулась, слушая человека. Какого-то младшего научного сотрудника какого-то научно-исследовательского института русских. Он, как и положено человеку, видел только надводную часть айсберга. Не понимая истинного значения того, что сейчас происходило перед его глазами. Поворотного пункта в истории человечества.

Янг и Стрельницкий на восклицание ученого отреагировали схожим образом. Они понимали. Но ничего не говорили. Просто стояли и смотрели на воздух между двумя электродами. И едва заметно улыбались.

– Накопитель заполнен на 98% процентов. – спустя три минуты сообщил второй техник.

Первый отреагировал нажатием клавиш и докладом:

– Подача энергии остановлена.

– Хорошо.

Когда техника была отключена, Филлип Янг приблизился к Структуре Три-Семь-Восемь. Заглянул в его бесстрастные глаза. Растянул губы в отличной имитации улыбки.

– Передача энергии нас очень впечатлила. Очень. Человек прав, для нашей цивилизации это настоящий прорыв. Но мы говорили не только о передаче энергии.