Между вторым и третьим этажами Каролина стала искать ключи: проверяла карманы куртки, джинсов, издавала стоны раздражения и, чтобы удобнее искать, перед дверью сняла футляр. Педер, замедлив шаг, встал прямо за ее спиной. Он слышал учащенное дыхание девушки. Неужели она не видит, как он смотрит на нее? Или нарочно ведет себя так, словно ничего не происходит, чтобы не ставить их обоих в неловкое положение?

Педер сделал шаг в сторону, чтобы не мешать Каролине. Хотелось таких отношений, чтобы можно было положить Каролине руку на плечо и пошутить, какая она растеряха: никогда не помнит, где что лежит. Погладить по руке, поцеловать в щеку и поцеловать по-настоящему, а не только из вежливости, провести кончиками пальцев по белой коже ее затылка… Но он не может себе этого позволить. Не сейчас.

— Вы пришли вместе?

Дверь распахнулась, и на пороге появилась худощавая женщина со скрипкой и смычком в руке.

— Вот где они! — воскликнула Каролина, вытаскивая из кармана связку ключей, и, со вздохом подобрав футляр, вошла в квартиру. Луиза, посторонившись, пропустила Педера и дала обнять себя.

— Спорим, она перепутала время, — смущенно сказала Луиза. — Я просила вернуться к семи.

— Скажи спасибо, что хоть день правильный, — пошутил Педер и посмотрел Луизе в глаза.

Из ванной комнаты донесся шум льющейся воды. Спустя некоторое время Каролина, обернутая белой простыней, появилась в гостиной, и комната наполнилась ароматом пены для ванны. Даже в простыне девушка смотрелась элегантно, а белый цвет придавал ей целомудренный вид. Педер почувствовал волнение.

— Ты похожа на статую Микеланджело, — заметил он и обернулся к Луизе, ища у той поддержки.

— Что? — фыркнула Каролина. — На черепашку-ниндзя?

Луиза расхохоталась, Педер обнял ее.

— Я чертовски устала. Репетировала целый день. Ничего, если я приму ванну? — спросила Каролина, переводя взгляд с Педера на Луизу.

— Милая…

Луиза высвободилась из объятий Педера, подошла к Каролине и, положив руки ей на бедра, легко поцеловала в губы. Для этого ей пришлось встать на цыпочки.

— Ты совсем забыла, так? — спросила Луиза.

— Забыла что? — удивилась Каролина, уловив в голосе Луизы недовольство.

Склонив голову набок, Луиза наморщила брови и изобразила улыбку:

— Ладно, полежи пока в ванне, а я обговорю все детали с Педером.

Луиза посмотрела Каролине прямо в глаза, и та вдохнула:

— Ах да, я совсем забыла… и как я могла забыть? Ума не приложу.

Каролина поправила простыню. Взгляды женщин встретились. В глазах Луизы светились любовь и надежда.

— Да, я полежу в ванне, а ты пока выставь Педера, — прошептала Каролина, поднося пальцы Луизы к губам и целуя палец за пальцем. — Чтобы мы остались только вдвоем.

В гостиной Педер налил приличную порцию шерри и выпил в несколько глотков. Крепкий алкоголь обжег горло. Встав в нишу у окна, он стал задумчиво вертеть кольцо с гербом-печаткой на мизинце левой руки. Когда Каролина стояла перед ним в простыне, с кожей белой и гладкой, как мрамор, с упрямыми локонами, спиралями закрученными у висков и волной ниспадающими на плечи, она напоминала знаменитую Зарю. А имя Микеланджело он произнес просто потому, что хотел сказать что-то нейтральное.

Заря. Почему он вспомнил о ней после всех этих лет? Просто безумие сравнивать их, смешно.