— Может, и сейчас держат?

Королева Ворда опустила взгляд на Исану:

— Навряд ли, бабуля. Присутствие шуарских канимов в экспедиционных силах твоего сына означает, что они беженцы и у них нет другого выбора, кроме как сотрудничать с ним.

Она вновь подняла лицо к потолку.

— Впрочем, сейчас всё равно уже слишком поздно. Объединение сил могло остановить нас несколько лет назад, но вы все были слишком поглощены, демонстрируя одну из самых вопиющих слабостей индивидуальности — занимаясь поиском личной выгоды.

— Ты полагаешь, что самоосознание является слабостью?

— Очевидно.

— Тогда нельзя не удивляться тому факту что ты тоже ей обладаешь.

Королева посмотрела на Исану. Нечеловеческие глаза сузились.

Она долго молчала, прежде чем поднять взгляд обратно вверх и ответить:

— Я неполноценна.

Она постояла некоторое время с запрокинутым вверх лицом, омываемым зелёным светом, и сказала:

— Вчера вечером я проткнула кишечник твоего сына отравленным мечом.

У Исаны перехватило дыхание.

— Когда я его оставила, он выглядел очень даже умирающим.

Её сердце бешено заколотилось, и она облизнула губы:

— И всё же, ты не утверждаешь что он умер.

— Нет.

— Ну и почему ты его не убила? — Спросила Исана.

— Соотношение риска и выгоды было слишком высоким.

— Другими словами, — сказала Исана, — он обратил тебя в бегство.

— Он и ещё где-то сорок тысяч его солдат. Ага.

Она покрутила руками, разминая пальцы, из которых словно когти появлялись и сразу исчезали чёрные ногти.

— Неважно. К тому времени, как они сюда доберутся, крепость под названием Гаррисон падёт, а её защитники будут развеяны по ветру. Они дерутся на стенах, словно прикованы к ним. Неужели они считают, что я позволю им сохранить преимущество?

Исана скрестила руки на груди:

— И что ты предпринимаешь для того чтобы их победить?

— Ты знакома с устройством крепости?

— Отчасти, — сказала Исана. Технически, это было не совсем ложью. Её знание последних новинок в системе защиты было весьма поверхностным по сравнению со многими.

— Значит, ты в курсе, что она перекрывает настоящее природное бутылочное горлышко — узкий проход среди скал. И нет нормальных путей для перемещения больших воинских формирований с этого континеннта на соседний, кроме как через крепость.

— Да, — сказала Исана.

— Непреодолимый и почти непреодолимый — разные понятия, — сказала Королева Ворда. — Мои дети мало заморачиваются по поводу вертикальных поверхностей. Они уже поднялись в значительных количествах и с северной, и с южной сторон крепости. Скоро они окружат крепость, и тогда мои джаггернауты размелют её стены в труху. А потом, бабуля, ничто не помешает мне полностью сосредоточиться на Октави…

Раздавшийся практически у входа в улей вой воздушных потоков приковал к себе внимание чёрных фасетчатых глаз Королевы.

Из ниоткуда появились дюжины восковых пауков, словно вытекающих из кроуча на потолке, полу и стенах.

Широко шагая, вошла Инвидия. На неё прыгнул особо нервный паук, широко расставив клыки, но она сбила его на землю даже не замедлив шаг.

— Останови обходной маневр! Немедленно!

Королева по-кошачьи зашипела, обнажив зубы.

Одно размытое движение — и плечи Инвидии оказались прижаты к задней стене улья в семи футах над землёй.