Кризис германской стратегии, в том числе и работы главного командования Вермахта, начался только в последние два года войны. Грубейшие просчеты были допущены при планировании боевых действий во Франции летом 1944 г. Расчеты, связанные с перемещением войск, делались так, словно на дворе по-прежнему был 1940 г. и Люфтваффе господствовали в воздухе. В итоге ни один приказ не удавалось выполнить своевременно. Во время операции в Арденнах ОКВ неверно оценило возможности и скорость передвижения американских войск на левом фланге наступления, что во многом привело к срыву плана операции.

Обезьяна фюрера

Фюрер, как известно, не любил появления вокруг себя каких-либо новых лиц и со многими людьми провел все годы своего 12-летнего правления. Среди военных тоже имелись люди, которым он никогда не изменял. Среди них оказались и Кейтель с Йодлем. По мнению генерала Зенгера, ни тот ни другой не пользовались уважением в военных кругах, но тем не менее Гитлер бесконечно доверял им. Он не любил отправлять их обоих на фронт, боясь, что те попадут под влияние боевых офицеров.

Сфера деятельности Кейтеля ограничивалась, по сути, руководством немецкой военной бюрократией. Этот не особо одаренный умом, уступчивый и податливый военачальник всегда поддерживал своего шефа в его конфликтах с армейской верхушкой. Только он мог выдерживать многочасовые «ситуационные конференции», на которых Гитлер произносил долгие речи по самым разным вопросам. По мнению фельдмаршала Клейста, «Гитлер хотел иметь на этой должности слабого генерала, чтобы иметь возможность полностью его контролировать». Это не значит, что их отношения были идеальными. Время от времени происходили скандалы, и Кейтель неоднократно даже просил освободить его от занимаемой должности.

Гитлер и генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель

По мнению Гудериана, Кейтель был неплохим человеком и старался добросовестно исполнять обязанности, но был при этом неважным стратегом и быстро попал под влияние фюрера, которому не мог сопротивляться. Он обладал всеми придворными качествами, прекрасно умел угождать Гитлеру, угадывать его желания и предвосхищать решения. Фельдмаршал был крайне непопулярен среди офицеров Генштаба, получив нелицеприятные клички «Да-Кейтель» и «Кивающий осел». В свою очередь, в Вермахте у него было еще четыре прозвища: «Кейтельлис», «Кланяющаяся обезьяна», «Лакейтель» и «Начальник армейской бензоколонки». Когда фюрер однажды указал Кейтелю на то, что в аппарате ОКВ имеются оппозиционные настроения, тот устроил разнос начальникам служб, сказав, что «не будет терпеть в ОКВ ни одного офицера, который будет предаваться критике, размышлениям и брюзжанию».

Управление огромным, непомерно раздутым бюрократическим аппаратом занимало практически весь рабочий день Кейтеля, а также половину ночи. Если прибавить к этому ежедневные многочасовые совещания у Гитлера, становится понятно, что человек он был весьма занятой и почему, находясь практически в «сердцевине» германской военной машины, многое пропускал мимо себя и был практически изолирован от реального мира. Во время совещаний начальник Главного командования Вермахта ограничивался почтительным молчанием и поддерживал любое мнение фюрера. Уже после войны сам Кейтель говорил: «Я не имел никаких полномочий. Я только назывался фельдмаршалом. У меня не было войск, я лишь выполнял приказы Гитлера… Я не имел представления об общих планах Гитлера. Мне было приказано заниматься только военными вопросами».

В отличие от Кейтеля генерал Йодль был прирожденным генштабистом, его взгляды всегда отличались большой ясностью и четкостью.