«И так во всем, — подумал Джастин. — Ни в чем нет смысла». С этой догадкой он пошел к своей машине.

17

Сперва она подумала: «Ну вот, опять», — решив, что вывернула колено и порвала связку. Так уже было два года назад. Споткнулась на улице — и на тебе. Прооперировали успешно, но через что она прошла потом — врагу не пожелаешь. «Нет, сейчас еще больнее. Что же со мной случилось?» — промелькнуло у нее в голове. И тут она увидела азиатку, прекрасную, как сон, даже дух захватывает, и не поняла, почему у этой красавицы такой счастливый вид. Как можно быть такой счастливой, когда ей так больно, когда печет уже не только в ноге, а в спине и в шее, — и тут азиатка пропала, и все вокруг пропало. Глаза закрылись, она почувствовала, что падает. Боль наконец отпустила.

На мгновение.

Ли Лин стало интересно, каково жить с такой отталкивающей внешностью, как у этой женщины. Фигура плотная, но формы никакой. Ноги, как бревна. Жидкие волосы, даже прикасаться не хочется. Бедра широкие, а грудь плоская. Кожа сухая, бесцветная, потрескавшаяся, совсем не похоже на светящуюся и нежную кожу самой Лин, которую хотелось гладить и гладить. Она рассматривала лежащую перед ней голую женщину, и в голове рождался один вопрос за другим. Интересно, ее кто-нибудь любил? Мужчина, который смотрел ей вслед вожделеющим взглядом, мечтая затащить в постель? Или, может, женщина?

Лин осталась с пленницей одна, Того ушел добыть транспорт. Теперь эта женщина им уже не понадобится, все необходимые сведения получены. Не так легко, как в прошлый раз. Эта сопротивлялась дольше. Крепкая, не то что предыдущий. Чтобы добыть информацию, Того пришлось проявить чудеса техники. Но Лин с Того своего добились. Они всегда получают, что хотят. Женщина выдала имена других. И нужные сведения. Еще на шаг ближе к заветной цели.

Лин восхищенно смотрела на лежащую, изумляясь ее силе. Эта сила, несмотря на внешнюю непривлекательность женщины, вызывала у Лин желание дотронуться, приласкать, подарить пленнице что-то еще, кроме боли.

Женщина не шевелилась, но Лин знала, что она жива. Нагнувшись, девушка положила руку ей на лоб, потом провела чуткими пальцами по шее. Рука спустилась ниже, к левой груди, и задержалась там, слегка поглаживая. Затем Лин обхватила губами сосок и, высунув проворный язычок, дотронулась до кожи. Соленая от пота. Вкусно.

Тогда она припала ко рту женщины, почувствовала на своих губах ее неслышное дыхание. Поцеловала, сначала медленно, потом сильнее и настойчивее. Женщина едва заметно шевельнулась.

Лин подумала, что, возможно, дарит пленнице счастье. Она его заслужила.

Любой заслуживает умереть счастливым, считала Ли Лин.

Она почувствовала чье-то прикосновение. Как во сне. Может, она спит? Прикосновение кажется ненастоящим, но от него становится спокойнее. Ласковое прикосновение, снимающее адскую боль. Может, она у врача? Может, свершилось чудо, о котором она молила. Может, ее спасли?

Вот дотронулись до щеки, вот спускаются ниже. В груди потеплело. И на губах тоже, а может, ей все это мерещится. Все, теплое и ласковое закончилось. И тут она поняла, что ее куда-то несут. Сперва показалось, что на носилках, — неужели спасение? Но счастливая мысль улетучилась, не успев оформиться. А если это не носилки? Может, это совсем другое? Может, как раз так и приходит за тобой смерть? Поднимает на руки и несет в мир иной?

Потом она какое-то время не чувствовала ничего.