Недавняя сцена подсказала ей, что в этом месте нельзя получить что-то, не отдав нечто взамен. В какой-то мере такой подход ей даже импонировал. Лучше обговорить все сразу, чем потом гадать, чем для тебя обернется помощь другого человека.

Сразу вспомнилась история тридцатилетней давности. Однажды она попросила помощи у знакомой. Та помогла, заверила, что в ответ ничего не надо. А затем пришла с неудобной и возмутительной просьбой, выполнив которую Галя едва не лишилась работы. Не выполнить она не могла, так как ощущала себя обязанной, и знакомая об этом хорошо знала.

Другой человек на ее месте, вероятнее всего, просто отказал бы, но Галине было неудобно, ведь человек в свое время помог ей, пусть ее собственная просьба и не доставила проблем другой стороне.

В итоге Галя зареклась просить помощи, не зная, чем придется расплачиваться. Исключения, конечно же, были. В основном только самые близкие люди, которым она в любом случае помогла бы, случись у них что-то, даже без какой-либо просьбы или выгоды для себя.

— Какого рода? — поинтересовался Гордон.

— Для начала я хочу уточнить, что все должно быть по закону, — сказав это, Галина Николаевна замерла. Если мужчина сейчас заявит, что не может предоставить помощь на таком условии, то делать ей здесь больше нечего. Придется рисковать со стражами.

— Только если для этого есть повод, — Паком хмыкнул, окидывая женщину перед собой очередным заинтересованным взглядом.

— Не волнуйтесь, — отмахнулась Галина. — Люди, о которых я говорю, вполне заслужили несколько лет заключения. Никого подставлять не нужно, как и выдумывать ложных фактов.

— Даже так, — Гордон даже не думал расслабляться.

Мало ли кто эти люди. Вдруг какие-нибудь знакомые, которые окучивают богатую (здесь он усомнился, так как одежда незнакомки была какой угодно, только не дорогой) дамочку. Мешать нормальным ребятам, которые просто зарабатывают на жизнь чем могут, ему не хотелось. Конечно, это не касалось тех, кто ему не нравился или чем-то мешал.

— И что же эти люди сделали вам?

— Обворовали, — ответила Галина Николаевна. — Понимаете, я некоторое время… болела. За время болезни мой отец умер, а эти стервятники решили, что все мое имущество теперь принадлежит им. Сегодня мне чудом удалось вырваться из-под их контроля.

— Родственники? — уточнил Паком. Влезать в семейные отношения — не самое легкое дело. Кроме того, еще неизвестно, правду ли говорит незнакомка или просто оговаривает тех, кто ей мешает получить наследство от почившего отца.

Галина качнула головой.

— Слуги, — сказав, она сжала губы в тонкую линию и хмуро посмотрела на мужчину.

Ей удалось удивить Гордона. После начала разговора он уже настроился на простой передел наследства, а все оказалось гораздо интереснее.

Обычно слуги не держат взаперти своих юных господ. Даже если те остаются совсем без родственников. Если, конечно, слова, что ей «чудом удалось вырваться из-под их контроля», значат именно насильственное удержание в каком-либо помещении, а не словесное давление и манипулирование. Аристократы тесно связаны между собой. Они бы просто не допустили, чтобы юную наследницу третировала какая-то чернь.

Что же получается, его первоначальные выводы не совсем верны?

Паком еще раз осмотрел незнакомку. Спина невероятно ровная, такую осанку люди получают не просто так. Руки лежат без малейшего движения, женщина явно чувствует себя спокойно. Взгляд прямой, подбородок чуть приподнят, губы плотно сжаты, как и челюсти. Кому-то такое выражение лица могло бы показаться высокомерным, но Паком знал, что это не более чем уверенность в себе.

Так что нет, он не мог ошибиться.