«Пробой» сорвался с ладони за полмгновения до удара. Меня сбило с ног и не помогли ни ударившие навстречу уродцу «Хлысты», ни сжавшееся в ожидании столкновения тело. Сах позволил увидеть, как несётся мне в грудь иззубренная костяная лапа, как она бьёт в зерцало кольчуги и раскалывается. «Плоть голема», покрывавшая меня красноватой плёнкой, оказалась прочнее. Ну а затем даже для магического транса всё стало слишком быстро и мир закрутился кубарем. Через долгое тягучее мгновение замер, плечо и руку залило болью.

Сверху обрушилась фиолетовая кровь, хлынула в рот, а затем вспухла вокруг сизым паром. Враг ожил первым – вывернулся, вскинулся надо мной в клубах испарившейся крови, занося сразу три лапы и принялся молотить меня ими, целясь в шею и забрало. Слабак, но и «Плоть голема» была изрядно потраченной: уже третий или четвёртый удар пришёлся не в неё, а в «Доспех», прикрывавший меня вторым слоем.

А ещё через мгновение я выплюнул чужую горькую кровь и закончил эту схватку самой простой «Секирой», перерубившей пополам нависшего надо мной уродца. «Хлысты» упёрлись в песок и тушу, отшвырнули её от меня, позволяя подняться на ноги. Быстрее.

Сейчас гигантская тварь свалится с лап и раздавит меня!

Уже готовый бежать к големам, я замер. Как бы не так. Своей цели я достиг: «Пробой» размолотил шею «черепа», она, почти оторванная, рухнула и венчик пасти безвольно зарылся в песок. Но умирать «череп» и не думал, по-прежнему нависая надо мной, даже поднимался выше, лапы вокруг переступали. И эти движения совсем не напоминали агонию.

Как так? Ведь прошлые две твари умирали, едва я их обезглавливал? Что не так с этой? Сначала она пережила сотни ударов молнии, теперь бегает без башки.

Совсем рядом, метрах в двух обрушилось щупальце-лапа. Во все стороны полетел песок, накрывая меня с головой и заставляя прийти в себя. Отплёвывался я уже на бегу: не хватало ещё, чтобы на меня случайно наступили. И что вообще делает эта тварь? Разворачивается?

Так и было. То, что я издали считал одним из щупалец-лап, теперь поднялось от песка ввысь, раскрыло на кончике уже знакомый венчик мелких отростков. Не сомневаюсь, что там торчит и костяная игла. Я мог повторить свой удар, достаточно приказать верно летящему рядом Орбу приблизиться и забрать из него остатки переработанной Родником маны. Но что, если история повторится? Кто подскажет, сколько ещё лап могут стать головой?

Нет. На этот раз нужно бить наверняка. Тем более что щупальца подняли панцирь ввысь и теперь мой «Пробой» либо не долетит до цели, либо чуть смажет и окажется потрачен зря. В этот момент Гвардеец получил ещё один удар, удар, которого не было в моих планах. И на этот раз увернуться у него не получилось: венчик щупалец обхватил его трёхметровое тело, захлестнул. Через мгновение тварь подняла Гвардейца в воздух и вбила его в песок. Сколько ударов он выдержит?

Эту мысль я додумывал уже на бегу обратно к щупальцу, которое едва не раздавило меня. Вокруг больше нет костяных уродцев, что могли мне помешать, а сама большая тварь меня не видела. При нужде я могу быть очень ловким со своими «Хлыстами», что не раз доказывал в схватке за Дальний Рог или на тренировках бегунцов. Сейчас я цеплялся ими за щупальце «черепа», поднимаясь по нему выше и выше. Здесь? Замер на секунду у основания щупальца, вглядываясь в пустоту черепа, что стал панцирем для этого существа. Нет. Не пойдёт. Дальше.

А вот бежать по качающемуся под ногами панцирю оказалось сложнее, чем подниматься сюда. «Хлысты» скользили по кости, срывались, заставляя меня падать и судорожно цепляться пальцами за неверную опору.