Все это, только вкратце, Мелот передал своему господину. Тот ничего не понял, но все же попытался повторить.

   Магическая энергия направляется в нервы.

   Бешено обжигает руку.

   Ей невозможно противостоять. От нее невозможно найти укрытие.

   Адская боль пробивает руку Гарета, не давая ему возможности даже пошевелить ей.

   Не в силах больше выносить, Гарет отпускает магию, давая ей рассеяться в его теле.

   Черный рыцарь нападает.

   Бешено, словно выбившийся из стада бык, он рвется к своему противнику. Из-за забрала доносится громогласный рык.

   Туша в черных доспехах прорывается вперед, готовая снести все на своем пути.

   Его оружие рассекает воздух перед Гаретом. То, с какой легкостью уворачивается юноша, наталкивает его на мысль. Становится видно, что поглощенный яростью Черный, уже и не думает целиться.

   И оба его следующие удара хорошее тому подтверждение.

   Гарет лишь слегка убирает голову, и алебарда уже со свистом рассекает пространство перед его носом. 

   Теперь в голове у рыцаря складывается более-менее полная картина:

   Когда темная дымка слилась с его рукой, удары Черного рыцаря стали куда сильнее, чем были раньше. Однако нельзя не заметить, что пропала точность. Возможно это из-за того, что раньше алебарда представляла хоть какой-то вес, и руки Черного успели к нему привыкнуть, а поскольку теперь одна рука стала сильнее другой, и вес держит лучше, то промахи идут просто из-за непривычного веса оружия и нескоординированности атакующих конечностей рыцаря.

   Но этот рык…

   Ни один рыцарь не стал бы издавать подобные звуки. Это ударяет по одному из основных принципов рыцарства: «не дай гневу затмить твой разум». В данном случае это правило игнорировалось, а значит подход был сугубо не рыцарский…

   В отличии от того, что делал Черный в начале боя. Там он показал себя именно рыцарем. А значит гнев стал активно преобладать тогда, когда он в первый раз зарычал…

   То есть тогда, когда тьма обвила его руку. И это значило, что если Гарет хочет избавить противника от этого проклятия, придется отсечь ему руку.

   Что Гарет и попытался сделать при следующей атаке.

   Чутье и в этот раз не подвело юношу. Если бы он не успел ослабить свои ноги, и тело не подалось чуть вниз, с головой он мог распрощаться. Но в итоге все обошлось.

   Черному рыцарю повезло не меньше. Атаку Гарета, последовавшую прямиком за ударом Черного, последний не смог бы ни остановить, ни парировать. И то, что за место левой руки меч юноши рассек алебарду надвое, можно считать лишь удачей.

   Теперь в руках черного было уже не одно двуручное оружие. Нет…

   Теперь была два двуручных оружия, которые, впрочем можно считать и одноручными, если брать в расчет вес, а не длину.

   Под монотонный рык, Черный осмотрел разрезанное почти посередине оружие. По сути теперь его можно было использовать и как два топора, и как два копья. Но черный рыцарь принял более отважное решение.

   И решение это было связано с магией.

   Алебарды скрещены.

   Они образовали темный, слегка повернутый крест. И темным был не только цвет этого креста, но его сущность.

   Сама Тьма влилась в эту разрушительную магию.

   Гарет сразу понял, каким образом это происходит. В тот же момент он и принял верное решение повторить эту магию.

   Скрестив клинки, он выместил магию на оружие, пытаясь придать им силу Тьмы…

   Но вышло нечто иное…

   Свет.