Фелиция простонала, а Мартинек воодушевился при мысли о вкусном обеде.

Сильвия принялась запихивать продукты в морозилку. Выяснилось, все не помещается.

— Есть у нас второй холодильник, в подвале, — напомнила Фелиция. — У него большой морозильник.

— Ну уж нет! — вскинулась Сильвия. — В тот холодильник ничего не спрячу, потому как, считай, что сунешь — навеки пропало. Полгода не могла допроситься у тебя мяса для жаркого. А блинчики с творогом? Я наготовила столько, что хватило бы на ужин на целую неделю. До сих пор лежат у тебя в холодильнике.

Второй холодильник, который поносила последними словами Сильвия, был гордостью Фелиции.

Собственно, это был не холодильник, а большая морозильная камера, купленная лично Фелицией для хранения запасов на какой-то черный-пречерный день. Она лично и загружала камеру в подвале, не разрешая сестрам даже близко к ней подходить, и уже давно содержимое камеры превратилось в единый ледяной монолит, огромный куб льда, в котором смерзлось неизвестно что. Сама Фелиция давно забыла, что именно припрятывала.

Отчаявшись загрузить в кухонный холодильник купленное мясо, Сильвия вытащила помещенные в морозилку ранее продукты, чтобы уложить аккуратнее, — авось все и влезет.

— А это что? — вдруг вскричала она, вытащив сверток с чем-то непонятным.

— Не знаю, — ответила Фелиция, — Забыла.

Дай-ка посмотрю.

Сильвия принялась сдирать целлофановый пакет со свертка, посыпались мелкие кусочки намерзшего льда. Фелиция помогала сестре. Мартинек, не решаясь оставить тарелку без присмотра, остался сидеть на месте, лишь вытянул шею.

В пакете оказались: килограмм соли в мягкой целлофановой упаковке, два пакетика с колготками большой конверт с красочными фотографиями цветов из ботанического сада и набор гигиенических салфеток, — Можно узнать, на кой ты все это заморозил? — поинтересовалась Сильвия.

— Я?! — жутким голосом вскричала Фелиция. — Почему именно я?

— А кто?

— Может, и Меланья. Может, наша принцесса...

— Я бы на твоем месте не стала собственный склероз приписывать другим, тем более тем, кто моложе тебя.

— Склероз не зависит от возраста! — упорствовала Фелиция.

— Я и не утверждаю, что он развился у тебя с возрастом, возможно, ты с детства была склеротичкой. Какого черта запихала все это барахло в морозилку, я спрашиваю, а теперь мясо некуда деть?

Вот интересно, что у тебя хранится в подвальном морозильнике ?

Фелиция разглядывала замороженные фотографии. Отлично получились.

— Отвяжись, — уже мягче сказала она сестре. — Полюбуйся лучше на фотографии, кажется, Меланья фотографировала. И я уверена, что у тебя, как всегда, вышла соль, так что моя замороженная очень даже пригодится. А вот чьи это колготки — ума не приложу.

— Не мои, это уж точно. Знаешь же, я не выношу колготок, ношу только чулки.

— Слушай, раз снимки Меланьи, может и колготки тоже ее?

Сильвия никак не могла успокоиться.

— А ну убирайтесь из кухни! — напустилась она на Фелицию и Мартинека. — Дайте спокойно разобраться с продуктами. И за обед пора приниматься. Вон!

Поняв, что больше ни на какую добавку рассчитывать не приходится, Мартинек покинул кухню. Фелиция из вредности сделала попытку продолжить ссору, но одного вопроса о локализации полки в чулане хватило, чтобы она тут же забыла, из-за чего ссорились.