— На костях следы от ножей. — Сообщил Орм, смело влезший прямо в остатки туши. — Мясо срезали.

— Тут вокруг куча следов. Отпечатки… — Ярик показал на пол.

Я присмотрелся к камням вокруг недоеденной туши. Булыжники действительно были плотно заляпаны обрывками шерсти и мяса. Вычленить отдельные отпечатки я не смог. Неожиданно, от кучи грязного меха, послышался странный звук.

Орм среагировал мгновенно, нацелив на источник свой меч. Звук повторился. Это было похоже на…

— Скулит что ли кто-то? — Опередил мою догадку Ярик. Орм аккуратно подцепил мечом край шкуры, и приподнял его. На грязный каменный пол выпал коричневый комочек. И немедленно побежал в темноту на тоненьких лапках. Орм одним движением схватил зверька за шкирку и скомандовал:

— Мешок!

Я наскоро сварганил из своей шторной накидки нечто напоминающее карман, Орм сунул добычу туда. И тут я почувствовал боль в спине. Кто-то кинул острым камешком из темноты!

— Бежим! Уходим! — Заорал Ярик, и мы рванули по тоннелю прочь. Некоторое время мы слышали подозрительные шорохи и визги. А может, эти звуки издавали мы сами и попавшийся нам зверек. В любом случае, когда мы добежали до дивана, и отдышались, ничего подозрительного слышно не было.

Следующие несколько часов мы потратили на панику, споры о том не забаррикадировать ли нам все выходы в отнорки, и дикие ругательства в потолок. И еще минут десять на изучение нашего пленника. Тварюшка, на первый невнимательный взгляд, смахивала на маленькую собачку из Южной Америки — чихуахуа. Это мы с Яриком так думали. Орм же утверждал что совсем нет, и зверек — вылитый щенок русского Тоя. Мы с Яриком не знали такую породу, поэтому не сильно спорили. Но при ближайшем рассмотрении все становилось гораздо интересней.

Очевидно что это был детеныш. По видимому он запутался в остатках шкуры, и не успел удрать со старшими. Остается вопрос, куда удрали его родственнички — мы еще не видели в Королевстве не одной норки. Не то что крысинной, а хотя бы мышинной. Впрочем, Королевства до половины завалены битым камнем, так что это не было особенной загадкой. Странно было другое — зверек жутко боялся света, отчаянно визжал, если его пытались рассмотреть получше. Пытался кусаться, но слабенько. Размером он был с ладонь, ну может чуть больше. Передние лапки оканчивались крохотными пальчиками как у енота. Но даже это не самое странное — шкурка была покрыта бархатной шерсткой, под которой прятались мягкие розовые чешуйки, как у ящерицы. Зверюга тихонько и очень жалобно поскуливал, делал душераздирающе испуганную мордочку, таращил на нас глазки-маслины и отчаянно верещал, если мы тянули к нему руки. Орм решительно прекратил это издевательство, спрятав зверька в подобие мешочка, закрепленного на груди, в котором он раньше носил фонарик, и разную мелочевку. И торжественно объявил:

— Я назову его Григорием!

Нам с Яриком оставалось только молча переглянуться. Впрочем, все эти интригующие события никак не сбили нас с курса. К тому моменту, как ключ Орма откатился, мы были готовы. Я и Ярик, в подобиях шотландских килтов, и с каменными топорами, Орм и его меч, с фонариком и в велосипедном костюме. Набор отважных исследователей дополнили подобия вещмешков, которые мы пошили как смогли, и Григорий в наскоро приспособленной сумке на груди у Орма.

А потом мы шагнули в Дверь.

Мы выпрыгнули в Магазин, как спецназ в американских боевиках — тут же присели на корточки, рассыпались полукругом, зыркая в разные стороны.