– Всё, хватит! Пожалуйста! – попыталась вмешаться Мила.

– Ну что, натрахалась?! – заорала Дашка, хорошенько пнув противницу, затем, ослабив хватку, перенесла внимание на бледного кавалера, стоявшего рядом со спущенными штанами.

Он дрожал всем телом. Его кривые тоненькие ножки с редкими волосинками были такими же белыми, как и его лицо. Член опал и стал похож на сморщенную сушёную морковку. Дарья оглядела его с ног до головы. Он был настолько жалок, что она расхохоталась.

– Ты всё не так поняла! – промямлил он своим скрипучим голосом.

– Конечно, милый, – её взгляд стал бешеным, – вы же тут с этой старой лошадью в салочки играли! Да?!

Она шагнула к нему и отвесила смачную пощёчину.

– Ты кто такая вообще?! – загнусавила женщина, с трудом поднимаясь с асфальта.

Дашка упёрла руки в бока и повернулась к ней:

– А ты вообще заткни свою помойку, старая сука!

– Кеша, в чём дело?! – спросила незнакомка властным тоном.

– Даша, послушай, – сказал Кеша, пытаясь натянуть спущенные штаны, – это её машина. А я – её водитель…

– Значит, ты никто?! Ха! И ведь всем говорил, что это твоя машина! А на самом деле ты просто шевелишь эту богатенькую шлюшку?!

– Ты, сучка сопливая, выбирай выражения! – донеслось сзади, но Дарья даже не обернулась.

Митя держал разъярённую женщину, которая, выкрикивая ругательства, пыталась застегнуть кофту пальцами со сломанными ногтями.

– Даш, – попытался выйти из положения он, – ты сейчас не в себе. Прекрати кричать, завтра успокоишься, и мы поговорим. Я знаю, что поступил скверно, вёл себя неправильно, но так было нужно… Понимашь? Она же моя начальница!

– Ты поступил скверно?! Ах ты ублюдок траханый! Чёртов извращенец! Посмотри на неё! Она же старая и страшная, её никто, кроме тебя, ублажать бы не согласился! Сколько она тебе за это бабок отвалила?!

– Но я…

– Заткнись! Забудь меня, слышишь?! Это был наш последний разговор. Всё! Чао!

– Пожалуйста, Дашенька! – отчаянно завопил он, когда она развернулась и побежала в толпу.

Униженная любовница забралась в машину подальше от посторонних глаз. Взгляды прохожих устремились на Кешу, который поспешил прыгнуть в автомобиль вслед за ней. Мила с Владом кинулись догонять Дашу, и только один Митя стоял неподвижно, глядя на асфальт.

Я взяла его за руку и решила увести оттуда подальше.

– Как ты? – спросила я.

– Думаю, нужно догнать её, пока она не натворила дел, – спокойно ответил он.

– Тогда нужно торопиться. Они побежали туда, – я указала пальцем в направлении толпы.

На неё было жалко смотреть. Дашка, сгорбившись, сидела на том месте, где я условилась ждать Сашу. На ней была ветровка Влада, который вместе с Милой сидел на корточках, поглаживая её спину и говоря слова утешения.

Дашка размазывала по бледному лицу потёкшую косметику и всхлипывала. У меня защемило сердце. Митя сел на бортик спиной к ней и закурил. Мы молчали.

Порывшись в сумке, я протянула Дарье свой носовой платок.

– Всё будет хорошо, – я обняла её за плечи.

– Как он мог? – спросила она, вытирая слёзы платком. – Он же выставил меня на посмешище!

Дашка разрыдалась ещё сильнее, будто вот-вот задохнётся. Мы с Милой беспомощно переглянулись. Толпы людей рядом с нами прыгали, веселясь под музыку, и размахивали бутылками. В жизни всегда так: кто-то празднует, кто-то горюет, кто-то рождается, кто-то отходит в мир иной.