– И «audi» решила всё!

– Ну и что! Я этого и не скрываю. Он – директор страхового агентства. Жутко милый. И блондинистый! Всё, как для меня! – Она подняла глаза к небу: – Спасибо, Господи, ты услышал мои скромные молитвы! Спасибо тебе!

– А дальше что? – Мила неодобрительно качала головой.

– А дальше мы провели вместе все выходные. – Дашка в восторге раскинула руки и упала прямо на груду одежды. – Он выполнял все мои капризы, водил в ресторан, катал на аттракционах. Кеша подарил мне огромный букет цветов и незабываемый поцелуй.

– Кеша?! Иннокентий, стало быть? – Я от смеха стукнулась лбом о свои коленки.

– Ха-ха-ха! Даша! И Кеша! Чтоб мне сдохнуть! Хи-хи-хи! Даша и Кеша! – Мила упала рядом с Дашкой и, держась за живот, каталась со смеху.

Дашка села, закинула ногу на ногу и, улыбаясь, ждала, когда мы прекратим смеяться. Её щеки тронул румянец. Пока Милка, смеясь, вытирала со щёк растёкшуюся от слёз тушь для ресниц, Даша, надув губы, аккуратно расчёсывала мокрые волосы.

– Значит, у тебя новая любовь? – Я выпрямилась на стуле.

– Однозначно. И на этот раз всё серьёзно! – Дашка кивнула.

– А как же Митя? Он сказал Еве, что звонил тебе позавчера. – Руки Милы вопросительно упёрлись в бока.

– Звонил. – Дашка театрально нахмурилась, задрав нос. Она села к зеркалу и начала наносить тон. – Поговорили, и всё.

– Ты обещала с ним встретиться… – Мила внимательно следила за тем, как она, глубоко вдохнув, положила большую кисть для пудры на столик и нервно забарабанила пальчиками по пыльной поверхности.

– Девочки! Ради бога! Неужели мы всё ещё не закрыли этот вопрос? Я согласилась на дружескую встречу. Просто дружескую. И только потому, что не могла обидеть его грубым отказом!

– Даша! Но ты же знаешь, что для него это значит?! – Я вглядывалась в её глаза с надеждой.

– Ева, – Дашка отвернулась к зеркалу и принялась остервенело наносить пудру на лицо, – хватит меня толкать в объятья своего милого дружка! Ты желаешь ему счастья, я понимаю, но меня-то ты любишь? Если да, то пожелай счастья и мне! У Мити был шанс! Был! Ничего не вышло! Всё! Финита ля комедия!

– Даш, ну почему так? – Мила перебирала ногами по ковру, опустив голову. – Всё потому, что он не сказочно богат?

– Только не надо меня считать бесчувственным, меркантильным чудовищем, ладно?! – Она резко повернулась к нам, вся красная, протянула руку и коснулась плеча Милы: – Мила! – Повернулась ко мне: – Ева! Как так?! Поймите же меня! Не любила я его никогда! Даже не было искорки!

Она встала и зашагала по комнате, размахивая руками так, что нам стало стыдно:

– Знаете ли вы, что такое любить?! Ждать человека, думать о нём? Когда сердце бьётся, как безумное! Когда захватывает дух! Когда ты не можешь жить без него, его смеха, манящего запаха! Когда всё готова отдать за то, чтобы быть рядом с ним! – Она встала к окну и провела рукой по стеклу. – Я старалась… Я видела, что он чувствует ко мне. Но не смогла почувствовать ничего большего, кроме симпатии. Нельзя себя заставить любить, так же как нельзя противиться любви. Он смотрел мне в глаза восхищённо, как преданный пёс, стеснялся, пылинки с меня сдувал. А с женщиной нельзя так себя вести! Ей обязательно надоест. Мне было скучно с ним…

Он редко брал меня с собой куда-то, проводил всё время с друзьями.