Сенатор Чалмерс: Не могли бы вы остановиться поподробнее на какой-либо из компаний? Скажем, на тех, которые действуют в Индии? Конечно, исключительно с просветительской целью.

Линдсей Огмон: И в чем вас просветить?

Сенатор Чалмерс: Для начала укажите объем зрительской аудитории.

Линдсей Огмон: На сегодняшний момент она не слишком велика. Приблизительно лишь сорок пять миллионов индийцев являются владельцами цветных телевизоров. А у меня нет исключительных прав на спутниковое телевещание. Я вынужден делиться.

Сенатор Хернс: Печально слышать. Делиться порой чертовски неприятно!

Сенатор Чалмерс: Сенатор, я попрошу вас! Мистер Огмон, вот вы собираете и запускаете спутники, через которые потом осуществляется вещание на зарубежную аудиторию. А имеется ли от этого какая-либо выгода для нашей страны?

Линдсей Огмон: Несомненно, и очень большая.

Сенатор Чалмерс: Уточните, пожалуйста.

Линдсей Огмон: Производство находится на юге Калифорнии. Именно там располагается «Фэрфилд эвиэйшн». Таким образом, мы создаем существенное количество рабочих мест. Каждый раз, когда мы собираем спутник, местный бюджет пополняется десятками миллионов долларов. Так как многие мои компании, создающие развлекательные программы, также расположены в США, большая часть продукции, предназначенной для иностранного зрителя, приносит прибыль именно им. Деньги дают этим компаниям возможность существовать, что, в свою очередь, означает десятки тысяч рабочих мест и солидные денежные вливания в местный бюджет. Кроме того, крупные суммы поступают непосредственно вашему правительству.

Сенатор Чалмерс: Вы говорите о налогах?

Линдсей Огмон: Именно. О налогах, превышающих десятки миллионов долларов.

Сенатор Чалмерс: Куда бы вы хотели попасть, где вас сейчас нет, сэр?

Линдсей Огмон: Боюсь, я не совсем понимаю вопрос.

Сенатор Чалмерс: На какие страны вы хотели бы вести вещание, но до сих пор не имеете лицензии?

Линдсей Огмон: А! Теперь понятно. Ответ прост — на все, которые только существуют.

Сенатор Хернс: Вы в прекрасной форме, мистер Огмон, для человека с таким неуемным аппетитом.

Сенатор Чалмерс: Мне надоели ваши остроты, сенатор. Если не можете придерживаться протокола, то выйдите и подождите, пока я закончу опрашивать свидетеля.

Сенатор Хернс: Прошу прощения, сенатор. Хоть мне и будет трудно, постараюсь держать язык за зубами, пока вы не завершите свой грандиозный допрос.

Сенатор Чалмерс: Слава Всевышнему! Мне непонятно одно, мистер Огмон. Почему же вы не вещаете на большее количество стран?

Линдсей Огмон: Как вы понимаете, сенатор, это не так уж и легко. Существуют определенные законы и правила. И я, как и любой другой человек, обязан им подчиняться.

Сенатор Чалмерс: Например?

Линдсей Огмон: Скажем, торговые ограничения между странами. Из-за них могут возникнуть серьезные неприятности.

Сенатор Чалмерс: То есть из-за того, что мы не поддерживаем деловые отношения с Кубой, вы не можете получить лицензию на спутниковое телевещание в этой стране?

Линдсей Огмон: Совершенно верно.

Сенатор Чалмерс: А еще можете привести примеры?

Линдсей Огмон: Воздушно-космическое пространство. Федеральная комиссия связи контролирует все запуски. Распоряжается «окнами», то есть временем, за которое должна быть запущена ракета-носитель для вывода спутника на геостационарную орбиту.