— А что еще ему говорить? — ответила Аманда, пожав плечами. — Каждый раз, когда даешь ухажеру от ворот поворот, он считает, что у тебя проблемы с мужчинами. Так легче для его самолюбия.

— По его словам, ты была чересчур увлечена работой. И из-за этого принимала скоропалительные, а иногда даже безответственные решения.

Аманда тяжело вздохнула.

— Удивительно, — проговорила она сердито. — Все, что бы ты ни сделал в этой жизни — хорошее, плохое или бессмысленное, — можно при желании обратить против тебя. Они просто берут любой твой поступок и выворачивают наизнанку. И все принимают ложь за чистую монету. Я раньше не понимала этого, хотя всю жизнь проработала в средствах массовой информации. Совсем не понимала. Да разве поймешь, пока это не коснется тебя лично? Карл, я обещаю, нет, я клянусь, что, когда мы выберемся и наша жизнь вернется в нормальное русло, я стану совсем другой журналисткой.

Карл немигающим взглядом смотрел прямо перед собой.

— Аманда… — выдавил он.

Она ничего не ответила. Только покачала головой, словно знала, что Карл собирается ей сказать, но не хотела, чтобы он произнес эти слова вслух.

Карл чувствовал, что молчать нельзя.

— Аманда, мы никогда не выберемся. И наша жизнь никогда не вернется в нормальное русло.

Она закусила губу, ее рука, до этого спокойно лежавшая на плече Карла, сжалась, причиняя ему боль.

— Я знаю, — прошептала она. — Но если я не буду продолжать разговор, то расплачусь. А слезы два раза в день — это слишком часто.

Она сдавленно застонала, ее стон походил одновременно и на смех, и на рыдание. А Карл не мог оторвать взгляд от ее груди, вздымающейся под полотенцем. Он беспомощно смотрел на Аманду, вспоминая те времена, когда полотенце соскальзывало и…

— Если я тебя о чем-то попрошу, сделаешь? — тихо спросила она.

— При сложившихся обстоятельствах не вижу повода для отказа.

Медленно, неуверенно Аманда подошла к кровати и легла, вытянувшись.

— Пожалуйста, обними меня, а? Просто обними…

Неожиданно у Карла пересохло во рту.

— Конечно.

Он лег рядом с Амандой. Она придвинулась поближе, уютно устраиваясь в его руках, такая теплая и влажная после душа, от нее приятно пахло мылом. Карл лежал, баюкая ее в объятиях, и чувствовал, как волна животных инстинктов стремительно накатывает на него. Пробуждаются чувственные воспоминания, звонят колокола, вспыхивают огни, бешено колотится сердце.

— Я скучала по тебе, — пробормотала Аманда сонно. — Мне тебя не хватало.

— Я тоже скучал.

— Скучала по нашим разговорам…

Она погружалась в дрему. Засыпала.

— Я здесь, — сказал он. — Я с тобой.

— Не надо больше сложностей, — промурлыкала Аманда тихо. — Просто обними меня. Не надо сложностей.

— Не надо, — эхом отозвался Карл.

— Просто обними меня. Мне так нужно, чтобы ты меня обнимал…

Он смотрел, как ее глаза закрылись, дыхание стало ровным и она погрузилась в спокойный сон.

— Мне тоже нужно, чтобы меня обнимали, — прошептал Карл.

Они так и уснули, держа друг друга в объятиях, позабыв выключить свет. Кондиционер то выключался, то, шумно пыхтя, снова начинал работать, и случайные машины изредка проезжали по дороге за окном их комнаты.

Они проснулись на рассвете, все еще обнявшись. Ничего не стали говорить. Слова были не нужны. Всего лишь за несколько минут Карл и Аманда освободили комнату, сели в машину и направились в Коринф.