Он спрашивал у Куза, поскольку до сих пор не мог поверить в то, что главная среди них – вот эта сумасшедшая девчонка.

Куз кивнул на Настю:

– Спрашивай у нее.

– Да?

– Да, – сказала Настя. – Кук!

– Яволь! – поднял голову Кук, ворошивший на полу разбитые компакт-диски.

– Оставь это барахло. Если есть силы, вымети все и вынеси мусор на помойку. А мы... Марк, вы хотели банкет?

– А что теперь остается? – в свою очередь спросил Куз. – По-моему... – он посмотрел на Димку и Барракуду, – по моему, только банкет... Димка! Сколько у нас с собой денег есть? Осталось что-нибудь?

– На банкет хватит, – ответил тот. – Если не ехать в «Асторию»...

– Какая «Астория»? Здесь будем праздновать, – сказал Куз. – По старому русскому обычаю. Пьянство на рабочем месте...

– Это советская традиция, – заметил Барракуда, – а не русская.

– Не важно. Зато приятно. Кто пойдет в магазин?

Димка посмотрел на окружающих и сказал:

– Я здесь остаюсь... Не думаю, что сегодня могут быть проблемы, но на всякий случай... Тебе, Барракуда, тоже не резон уходить... Может, ты? – Он посмотрел на Кука.

– Да, Кук, – поддержал Барракуда. – Давай бери Ворону, и дуйте вдвоем. Что брать?

– Это вот к нему. – Димка махнул рукой на Куза. – Он специалист у нас по банкетам...

Банкет продолжался практически весь день, и они успели обсудить очень многое, и главное – общую тактику дальнейшей работы. Настя категорично заявила, что магазин будет настоящим, дорогим, стильным, разноцветным... Она быстро опьянела и путалась в словах и мыслях, но общую канву речи выдерживала.

– Покупатель у нас не тот, – говорил Барракуда. – Вы же видели...

– Ничего. Будем «перековывать» массы, – сказала Настя.

Потом они – Настя, Куз и Димка – приехали сюда, в Настину квартиру, которая стала уже их штабом, а прежние владелец и сотрудники «Рокси» разошлись до завтра по домам, оставив в разгромленном торговом зале потрясенного увиденным ночного сторожа...

– Так что, – уже почти роняя голову на стол, вновь заговорил Димка, – надо в ремонтную контору идти...

– Я схожу. Не волнуйся. У меня этих ремонтников знаешь сколько знакомых? Мы же их рекламу печатаем...

Куз только сейчас вспомнил, что он все еще работает в газете и не худо бы ему было сегодня появиться в редакции.

– Вот, черт...

– Что такое?

– Я же совсем забыл... Мне же на работу надо...

– Да бросай ты ее на хрен, Марк... Мы свою газету сделаем... Бабки есть, это не проблема...

– А что? Да... Зарегистрировать, и вперед...

– Во-во... Зарегистрировать... И впе-ред... – Голова Димки глухо стукнулась о кухонный стол, и он замолчал.

«Слабак, – подумал Куз. – Молодой, здоровый, а в питье – слабак». Он, Марк, в его годы в три раза больше мог принять и потом еще ночь или с девочками шалить, или сидеть и беседовать с корешами на кухне о «прелестях» советской власти...

Утром, мучаясь головной болью, которая для Марка была делом привычным, а для Насти с Димкой – мучительным и тяжелым испытанием, они втроем приехали в магазин. Марк, посовещавшись о новых делах с Димкой, отправился в свою газету и обещал, что сегодня же решит вопрос с ремонтом помещения.