На самолет я не успевал, поэтому позвонил Мине и сказал, что следователь попросил остаться, поэтому прилечу завтра утром. О том, что на меня напали, я не стал говорить, чтобы она не волновалась.

Тот же следователь, с которым общался вчера, сказал, что мужчин опознали. Они работают в охране «Изумрудного ветра».

— Похоже, от вас хотели избавиться, как от свидетеля, — сказал следователь. — Вам нужно быть очень осторожным. Если хотите, то мы можем приставить к вам на время охрану.

— Нет, не нужно. Завтра утром я улетаю в Сеул. Лучше позаботьтесь о паре.

— Да, мы их уже отвезли в безопасное место. Они поживут в одной из наших конспиративных квартир. К тому же за ними проследят, чтобы не убежали. Кстати, наши эксперты нашли в лаборатории днк тех людей, трупы которых обнаружили строители на одной из своих площадок. На «Изумрудный ветер» мы собрали достаточно данных, чтобы привлечь виновников к ответственности за облучение и убийство людей. Теперь дело пойдет быстрее.

— А что насчет ГлобалВижн? Ведь это их дочернее предприятие. Неужели они не понесут никакого наказания? — возмутился я.

— Боюсь, им грозят только репутационные потери. На данный момент мы не можем связать облучение людей в Ульсане с головным офисом корпорации в Сеуле. Мне даже кажется, что все на себя возьмут инженеры, поэтому руководство «Изумрудного ветра» не пострадает.

— Вы хотите сказать, что даже после такого им позволят работать дальше?

— Скорее всего, да. Но не будем забегать вперед. Следствие только началось. Возможно, мы сможем еще что-нибудь найти и доказать. Во всяком случае, вы теперь один из главных свидетелей, поэтому должны быть начеку и постараться обезопасить себя. Если потребуется, мы можем обратиться к нашим сеульским коллегам за помощью в вашей защите.

— Нет, не надо. У меня есть пес. Он хороший защитник, — улыбнулся я.

Следователь проводил меня до выхода из отделения и еще раз поблагодарил за работу, ведь убитых мутировавших людей находят уже не первый год, но сколько бы полиция ни искала виновных, никак не могли выйти на след. Теперь же в «Изумрудном ветре» находят все больше и больше данных на пропавших людей. В лаборатории так привыкли к безнаказанности, что даже не уничтожали ни алгоритмы, ни днк, ни даже паспортные данные людей.

Я поехал в отель поближе к аэропорту, чтобы вылететь рано утром в Сеул.

* * *

Ли Синхэ окинула взглядом до боли знакомое здание Биотеха. Она никогда не хотела, чтобы ее сын работал здесь, но его словно магнитом влекло сюда. С юношеского возраста он только и говорил о том, что отучится на биоинженера и пойдет работать в Биотех. Она пыталась направить его в другое русло, но он был непоколебим.

Кроме того, она никогда не рассказывала ему, кем был его отец, поэтому никак не могла понять, отчего у сына возникла такая страсть к мутациям и Биотеху. Потом она смирилась с его выбором и подумала о том, что, скорее всего, он чувствует это влечение из-за отца, которого даже не видел.

Тяжело вздохнув, она потянула на себя дверь. Возле поста охраны ее ждала секретарь Сон.

— Добро пожаловать, госпожа Ли. Президент Хан ждет вас, — улыбнулась она и повела женщину за собой.

Синхэ не знала, для чего ее вызвали в Биотех, но предполагала, что это связано с ее сыном. Как только она получила звонок от секретаря Сон, как тут же набрала номер Тэджуна. Он уже был в аэропорту и через полчаса вылетал в Сеул. Услышав его бодрый голос, она успокоилась, но не стала говорить о том, что ее позвали в Биотех. Вдруг Тэджуна хотят уволить или еще что-то плохое случилось? Она решила, что сначала все выяснит, а уже потом решит, что делать.

Вместе с секретарем Сон они поднялись на девятый этаж. Когда-то и она здесь работала, поэтому с замершим сердцем вышла из лифта и осмотрелась.