Мои поздравления по случаю вашего брака. Желаю вам долгих счастливых лет вместе.

С уважением,

Подарок с огромным намеком, что мой брак может превратиться в нечто большее, чем деловое соглашение. Он может превратиться в любовь.

Разве такое возможно в жизни? Может для герцога случилось именно так, но не для меня.

Я облегченно вздохнула и кивнула, проведя рукой по бархатной коробке. Раздался своеобразный скрип замочка, когда я открывала. Внутри на кремовом атласе лежала тонкая золотая цепочка, украшенная крупными аметистами в форме капель и такими же бриллиантами.

— Потрясающе. — Я погладила пальцем камень в виде слезы.

— Самое любимое моей бабушки.

Я подняла глаза на Райдер, который во все глаза пялился на ожерелье.

— Я не могу его принять. Оно слишком ценно для твоей семьи, с ним связано, похоже много воспоминаний, Райдер. — Я отодвинула бархатную коробочку к нему.

Он несколько раз открывал и закрывал крышку, а затем произнес:

— Конечно, можешь. Ты должна. Ты очень нравишься моему дедушке, и это же очевидно, что он хочет, чтобы ожерелье было у тебя.

Я не могла показать ему записку дедушки. Мне не хотелось усложнять наши отношения или давать ему повод надеяться на что-то в наших отношениях, что мы могли бы стать чем-то большим друг для друга. Мы делали все возможное, чтобы как-то улучшить нашу ситуацию, в которой мы оказались. Секс нас двоих полностью устраивал. Райдер был заботливым и галантным, собственно таким же, как и любой приличный парень, учитывая наши обстоятельства.

Мы не были и никогда не будем… влюбленными.

Любовь не входила в наше соглашение. И мне следовало почаще себе это напоминать.

— Позволь, я надену его на тебя, — произнес Райдер, потянувшись ко мне с ожерельем.

Я убрала волосы со спины, когда он встал позади меня.

— Мне не следует этого делать. Оно не принадлежит мне. — Холодные камни легли ниже ключицы.

— Принадлежит. Ты же следующая герцогиня Фэрфакс.

Я хихикнула.

— Ты это не серьезно.

— Почему нет?! Это будет твоим титулом. — Он отодвинул мое кресло, и я повернулась к нему лицом. — Оно очень тебе идет, подчеркивает фиолетовые пятнышки у тебя в радужке.

Я старалась не засмеяться.

— У меня фиолетовые пятнышки?! — Я положила ладонь в его протянутую руку, он потянул меня к себе.

— Только если присмотреться, — произнес он, прижимаясь ко мне. — И поверь мне, я присматриваюсь.

Я обхватила его руками за шею, пока он смотрел мне в глаза, а затем засмеялась во весь голос.

— Ты не должна смеяться. Я веду себя сейчас как романтик, — сказал он.

— Ой, прости. Просто ты такой милый. С кем ты ведешь дела, даже не догадываются об этом. Но я заглажу свою вину перед тобой сегодня вечером. Я что-нибудь приготовлю. — Было бы неплохо покопаться у него на кухне.

Он поморщился.

— У меня намечен ужин.

Его ужин не должен был меня беспокоить, но почему-то беспокоил. Он не упоминал об ужине. Я убрала руки с его шеи.

— Извини, это встреча с владельцем компании, о которой Джон забыл упомянуть.

Облегчение затопило мне живот, и я улыбнулась.

— Без проблем. Сесили пригласила меня к ней на ужин в субботу. Хочешь пойти со мной?

Райдер засунул руки в волосы и прислонился к столу.

— Извини, не могу. Я должен присутствовать на вручении наград. Это событие стояло у меня в расписании уже несколько месяцев.

Ага, значит общественное мероприятие, а меня не пригласили? Я начала собирать пустые пластиковые коробки от ланча. То, что Джон забыл сообщить ему заранее и сказал в последнюю минуту — это одно, но огромное событие, которое организовывалось в течение нескольких месяцев? Почему он не упомянул о нем?

— Хорошо.