После еды я снова направилась к Вольфу, дверь опять открылась очень быстро, отец еще спал.

    – Вы что, разрешили мне прямой доступ?

    – Да, дело в том, что у меня есть доступ ко всем комнатам, и я решил, что ответная, так сказать, любезность придется вам по вкусу.

    – Мне придется по вкусу, если вы все-таки снимете свой доступ с моей комнаты.

    – Я не могу, – сказал он твердо. – Двери повышенной прочности, и если вдруг, запершись, вы не сможете их открыть, взламывать придется около часа.

    С доводом не поспоришь, я сменила тему.

    – А почему преподсостав не оповещен обо мне? Я не в претензии, просто интересно.

    – Оповещение будет через два часа, когда смонтируют запись… и не только у нас.

    – А что, до этой акции мне лучше находиться в сопровождении телохранителей?

    – Да и после они вам не помешают.

    – Что, и в вашем училище? – спросила я жестко.

    – Нет, у нас вам ничего не грозит. – Он подумал и добавил: – Ничего серьезного.

    Я почти физически ощутила груз, который опять опустился мне на плечи.

    – Отец сказал, что я могу сегодня слетать во второй админкупол и взять его телохранителей.

    Вольф все организовал, и уже через полчаса мы неслись над пустыней. Телохранителей звали Кастор и Полукс, коротко Кас и Пол – такие клички им дал отец. Вот уж не знала, что у отца есть чувство юмора, тем более такое нестандартное. Они были выпускниками, и им было по восемнадцать лет, отец перекупил их из пакетного заказа, и они теперь служили только ему. Несмотря на молодость, они были хорошими профессионалами; через двадцать минут полета я почти позабыла об их присутствии. Впрочем, отец умеет выбирать лучших.

    Кас и Пол знали, где жилье Ронана, и прямиком отвели меня к нему. Людей по пути нам попалось всего трое, было еще рано, шестой час би-суток, все только просыпались, но ребята перестраивались в защиту при появлении любого. Меня это насторожило: ни отец, ни Ронан не говорили, что на них покушались. Я решилась спросить:

    – К чему такие предосторожности? Есть основания?

    Касс, более разговорчивый (учитывая, что Пол вообще рта не раскрыл), ответил:

    – В общем, нет. У нас просто «жизненный» контракт.

    – Что это значит?

    – То, что если мы не справляемся, то лишаемся жизни или поступаем в полное распоряжение клиента.

    Ничего себе, отец обзавелся парочкой вышколенных рабов. Мое лицо осталось спокойным, голос тоже.

    – И что вы получаете в результате этого контракта?

    – Через десять лет, помимо большой суммы денег, у нас будет вид на жительство на Тропезе или Синто, и никаких обязательств.

    Что ж, довольно щедро. У каждого мальчика на этой планете к моменту окончания учебы имеется долг перед государством – за воздух, еду и обучение. Государство заключает пакетные контракты, и согласно им заказчик гасит долги будущих солдат, которые становятся его должниками. Солдат может и не подписать предложенный контракт, если он уж совсем изуверский, но тогда обязан в течение полугода найти себе работодателя и погасить долги. Надо сказать, что государство в принципе заинтересовано в нормальных контрактах, по которым после срока службы предоставляется вид на жительство на кислородной планете.