– Смерть Дэниела и ваше с ним попадание в игру никакого отношения к Винсенту не имеет, – неожиданно сказал ей Себастиан, все ещё буравящий взглядом импровизированное надгробие. – Судя по всему, Йорик твоего парня так и так убил бы. Плюс, второй убивающий меч попал в игру без помощи нашего клыкастого гения. Так что отставить эмоции! Хотя бы до таверны – там можете залить своё горе чем-то покрепче пива. А ты, – Себ повернулся ко мне и легонько стукнул кулаком в плечо, – прекращай самокопанием заниматься. Пришёл всё исправить – исправляй, ныть в реале будешь. Или не в мою смену. Все всё поняли?

Послышались негромкие «да» и даже «так точно». Только Мара молчала, задумчиво глядя на меня. Хотела что-то сказать не при всех? Похоже на то. Я едва заметно кивнул в ответ – у меня тоже имелся к ней непростой разговор. Хотя после посещения Лабиринта Тысячи Истин все разговоры стали непростыми.

– Вот и хорошо, – заключил Себ. – Мара, телепортируй нас в «Гарцующего единорога».

Колдунья подчинилась, и через несколько секунд мы оказались перед нужной нам таверной. Рядом толпился народ: не только наши союзники, но и другие низкоуровневые игроки. Завидев нашу компанию, толпа расступилась, и мы без проблем попали внутрь. Хотя это было странным, ещё более странным оказалось то, что мои друзья столпились у входа, и мне пришлось через них протискиваться, чтобы увидеть причину их замешательства. Увидеть не удалось – меня встретил кулак в лицо, и я, отлетев обратно к двери, ударился об неё и сполз на пол. Вот забавно, как они синхронно расступились, чтобы Винсенту лететь легче было. Зато, судя по поднявшемуся шуму, там началась драка.

Рядом по полу застучали латные сапоги, и надо мной склонился Дариан, протягивая руку. Я принял помощь и, поднявшись, увидел, как Боб и Виктим удерживают рвущихся продолжить драку Саншайна и Себастиана. Между ними стоял Лектер и, потрясая за грудки Яко Блейка, требовал рассказать, где тот взял доступ к квесту на мага четырёх стихий. Изабелла и тройняшки мерили друг друга мрачными взглядами, чуя соперницу. Мелори качала головой, глядя на всю эту компанию. Лейм в свою очередь завистливо смотрела на паладиншу и её меч. Герхард обнимался с Горынычем, Сору сидел рядом и делал вид, что не ревнует. И было ещё много других игроков из Имперской Гвардии и Дымчатых котов, на фоне которых мы смотрелись сущими детьми. Понятно, почему остальные не торопились зайти в таверну.

Я перевёл вопрошающий взгляд на Дариана, тот пожал плечами:

– Па... Саншайн волновался. Ну и притащил всех сюда.

Ага, а Дариан, судя по всему, навязался следом. Ясно... Только не ясно, чего с ними со всеми теперь делать. Разве что... Я поднял руку и, помахав толпе, крикнул:

– Девочки, не ссорьтесь!

Обернулись ко мне все, но только Саншайн с Себастианом синхронно ответили:

– Иди на точке респа отметиться, идиот!

Ага, этих можно отпускать. Но вслух я этого не сказал, отправившись обновить регистрацию. Дариан пошёл следом, и мне пришлось попросить Fata Morgana убрать наложение образов – после смерти Эллиота ещё один ребёнок стал слишком явным напоминанием о случившемся.

– Медальон на тебе? – спросил я, как только с точкой респа было покончено.

Дариан кивнул, полез под куртку и показал мне серебряный диск на цепочке, затем убрал обратно.

– Хорошо, – кивнул я. – А почему доспех не полностью надел?

– Ну... – он неопределённо пожал плечами.

Ясно. Копирует отца, который драться полез вообще без доспехов. Правда, у Себастиана не такая уж мощная защита – кожаная куртка... Я вздохнул.

– Надевай броню.

– Не командуй мне тут! – насупился Дариан. – А то!..

– Латной перчаткой в глаз.