— Да, товар хороший. Настоящий «Кандагар», и упаковка родная, но почему порванна?

— Да случайно к нам попала. Сами то мы этим не занимаемся, вы знаете. Не выбрасывать же, вот и решили вам толкнуть.

— Скажите, Саранча, если не секрет конечно, как этот героин к вам попал?

— Да нет особого секрета. Однажды какая-то наркоманка забрела на одну из наших точек. Кафе «Мантышка», может знаете?

— Знаю, возле круглосуточно работающей аптеки.

— Да. Ее уже ломало в полный рост, Сослан, хозяин «Мантышки», даже Скорую хотел вызвать, да случайно в ее сумку заглянул. А там упаковка «Кандагара», марка известная. Он сразу Ахмеда и вызвал. Ахмед приехал, девушку вместе с товаром сюда привез. Здесь мы ей укол сделали, потому пакет и разорван. Она в себя пришла, душ приняла, и на наши вопросы отвечать начала.

— И что она вам сказала?

— Да ерунду всякую. Ее как робота вели, ничего она не знает. Ну, мы ее у себя подержали день. В принципе она нам не нужна. Но Ахмед к ней проникся, вечером в московский поезд посадил, Даже денег дал, я думаю. Признайся, Ахмед.

— Дал немного, и перед отъездом покормил в ресторане. В постели она мне все с лихвой отработала.

— А что телка стоящая, Ахмед? — задавая этот вопрос, Олигарх старался выглядеть равнодушным.

— Не ехал бы на ней героин, я бы ее здесь надолго оставил. А так с вами не хотелось войну начинать.

— То, что она нам товар везла, ты сразу понял, Саранча?

— Конечно, больше не кому.

— А почему мне не позвонил? По товарищески? Мы бы заплатили.

— В обиде я на вас был, Олигарх, крепкой. Честно сказать — еле сдержался. Еще чуть-чуть, и палить бы начали. Антонину мою обидели, все стрелки на Хомяка сходились.

— Давайте тогда все пять кило. Все возьмем, чего там за одним пакетом каждый раз ездить.

— Какие пять кило!? У нее всего пятьсот грамм было.

— У нее было десять таких пакетов, всего пять кило!

— Вот хитрая какая, — неожиданно воскликнул Ахмед, — я ее везу на вокзал, а сам как пьяный, я же в прямо в машине в последний раз ее трахнул. Такая сладкая! А она мне и говорит: «Слушай, узбек, ты со мной спал, а даже мне даже поесть не дал. Совести у тебя нет. Отвези меня хотя бы в туже «Мантышку». Мне до Москвы двенадцать часов ехать, а деньги вы у меня забрали». Мне неудобно стало. Денег у нее две копейки было мелкими купюрами, я ей просто отдать забыл. Отвез ее в «Мантышку», покормил ее. Она как поела, так чуть не заснула сразу. Потом в туалет выходила, перед самым отъездом. И только сейчас до меня дошло. Она девять пакетов в туалете спрятала, а с десятым уже к Сослану пошла. Видно, не так уж ее сильно тогда ломало. Пока вы ее искали, она у нас пересидела, вот красавица хитрющая. А перед отъездом она девять пакетов из туалета взяла. Я еще подумал, почему у нее сумка тяжелее стала? Но спрашивать не стал, подумал, ей Сослан с собой поесть дал, я же его сам об этом и попросил. А так она с четырьмя с половиной килограммами героина в Москву уехала, ищи ее там.

— Ничего, найдем, — скрипнул зубами Олигарх.

— Ты слышала мою беседу с Олигархом?

— Слышала.

— Страх перед ним прошел?

— Нет.

— Да почему нет, Тоня? Он же к твоему избиению абсолютно не причастен.

— Возлюбленная мною Саранча, ох, как мне не хотелось это тебе говорить, а чувствую, придется. Не надо на мне ничего расстегивать, а сядь и послушай меня внимательно. Олигарх был мой первый парень. Я тогда еще в девятом классе училась, а ему уже двадцать пять было.