От обуревающих эмоций дрожали губы, и я едва сдерживала слезы.

— Тогда почему?

Он посмотрел себе под ноги, и, когда спустя несколько секунд ответа так и не последовало, я раздраженно фыркнула и толкнула его в грудь.

— Убирайся.

— Нет. — Он поднял голову, в его глазах пылал пожар. — Я облажался, за что извиняюсь. Давай забудем.

Я разозлилась ещё сильнее.

— Пошёл. Вон.

Он напряг челюсть.

— Лекси…

— Если ещё раз произнесёшь мое имя, я закричу. Просто уйдите с дороги, мистер Каррауэй.

Он прищурился.

— Алекса…

— Почему? — Я оттолкнулась от стены, прижимаясь к нему, меняясь с ним ролями. — Зачем? Что случилось? Когда мы приехали, все было в порядке, а затем ты внезапно начал вести себя так, словно я снова стала врагом. Или еще хуже… словно я шлюха, которую ты можешь отдать кому-то, когда я тебе на…

— Все не так. — Он толкнул меня обратно к стене, его лицо стало суровым, а слова вышли резкими: — Я ревнивый ублюдок, и мне пришлось наблюдать, как мужчина за мужчиной флиртовали с тобой. Я не могу даже думать о том, что ты будешь с одним из них. Поэтому сказал то, что не имел в виду.

От испытываемых эмоций его грудь ходила ходуном.

Я замерла от его признания.

Мы молча смотрели друг на друга.

— Хорошо, — прошептала я. — Но не смей снова разговаривать со мной таким тоном.

Я заметила, как от моих слов он напрягся.

— Не буду, — нежно пообещал Кейн. — Прости. Я не… — Он покачал головой, словно раздражен своими чувствами так же, как я своими.

И вот тогда я поняла, что за проблема между нами, откуда возникла эта напряженность и враждебность.

Дружба, близость… из-за временного характера наших отношений они не добавили нам уверенности в партнере. Другие, нормальные пары, могли признаться в настоящих чувствах… но будь мы друг с другом откровеннее, станет еще больнее.

И все же… я ничего не могла с собой поделать.

Слова просто вылетели:

— Ты ведь знаешь, я хочу только тебя.

Грудь Кейна вздрогнула под моей ладонью, а затем я оказалась в его объятиях. Он поцеловал. Неистово, дико. Его губы грубо прижимались к моим, язык кружил по моему языку. Я прижалась к нему, отвечая с той же страстью. Схватив за волосы, игриво прикусила его губу. В ответ он застонал и с силой толкнул меня к стене…

Покашливание заставило нас обоих замереть.

Кейн медленно разорвал поцелуй, но продолжал обнимать, когда мы оба посмотрели через плечо.

Генри стоял и ухмылялся, глядя на нас:

— Дайте угадаю, вы миритесь после любовной ссоры? Я прав? Прав, да?

Я сжала губы, чтобы не рассмеяться над его шуткой.

Однако босс напрягся.

— Скажешь об этом хоть слово, и я оторву твою чертову голову. — В словах появился намек на его старый южный акцент.

Генри рассмеялся, но ему хватило здравого смысла согласиться. Он указал на свои губы.

— Нем, как рыба.

И продолжил смеяться, пока шел обратно на вечеринку.

Кейн расслабился, в его взгляде все еще пылал пожар.

— Позволь мне отвезти тебя обратно к себе. — Он провел рукой по моему бедру. — И должным образом извиниться.

— А как же Киплинг?

— Ты важнее.

Он сказал это так тихо, что я едва услышала и не поверила словам.