— Никакая чума никогда не забирает всех! Некоторое время Тэм просто пыхтел.

— Семьи?

— Семьи? Этого я не слышал. Какие семьи?

— Искусственный генотип типа Братства. Не может же такой быть только один.

Должны быть другие, много других на миллионах разных планет. Вряд ли они относятся друг к другу теплее, чем… к нам. Я не знаю, Ваун. Ничего. Что это за непонятные суеверия по поводу мудрости на смертном одре?

Знакомые глаза вспыхнули негодованием в незнакомом мрачном обрамлении.

— Шанс оглянуться и пересмотреть работу, сделанную за всю жизнь, наверное.

— И Рокер говорил мне, что я должен составить отчет, прежде чем покину пост. — Тэм оскалился и изогнулся в судороге. — Ну вот, я тебе все рассказал.

Ваун быстро обдумал услышанное и переместил центр тяжести на пятки, чтобы ослабить давление на больное колено.

— Все?

Судорожный, еще более тяжелый кашель снова принялся раздирать умирающее тело.

— Да, все, — хрипло ответил он в конце концов. — Теперь твоя очередь.

Почему тебе не нравится пение?

— А? Мне нравится пение. Я принимаю участие во всех…

Тэм затряс черепоподобной головой.

— Я имею в виду — слушать, как поют.

— Оперу? Народные песни? Я…

— Хватит валять дурака, Ваун. У меня нет времени на игры. Пока играет оркестр или какой-нибудь инструмент… все хорошо. Но как только вступают голоса… Ты бесишься. У тебя начинается истерика. Почему, Ваун? Отвечай немедленно.

Ваун задрожал, когда нежелательное воспоминание попыталось прорваться на поверхность, и утопил его в трясине психики.

— Понятия не имею. Разве это так? Осведомись в Центральной Базе Данных, там все мои синапсы каталогизированы. Понятия не имею, Тэм.

Его опять затрясло.

— Я тоже замечала это, — неопределенно заметила Зозо, не глядя на них. Тэм вздохнул.

— Тогда попробуй вот это. Ваун, что же произошло после того, как ты взошел на борт Q-корабля? Ваун вздрогнул.

— О Кранц, Тэм! Опять начинается? И ты тоже, Тэм? — И Тэм тоже? Кто-нибудь когда-нибудь верил Вауну? — Пойди да прочитай в учебнике истории!

Тэм просто ждал, испытующе глядя умирающими глазами. Вдалеке лаяла собака.

Зозо бессмысленно улыбалась литографии на дальней стене. Служба безопасности подслушивала разговор. Рокер мог добраться до записей — не сейчас, так чуть позже, после того, как остановится сердце Тэма. Ох, Тэм!

— Я притворился, что я — приор! — рявкнул Ваун. — Я их провел. Они отдали мне управление кораблем. Мне удалось запустить саморазрушение и свалить на хрен в шаттле! Такова официальная версия, таков мой ответ, так и было на самом деле!

Он подождал реакции, но не дождался.

— Кранца ради, Тэм! «Юнити» развалилась на кусочки по всему небу. Весь Шилам видел зарево. По всему Ульту целую неделю обрушивались скалы. Ты же знаешь! Как иначе могло бы быть?

Тэм в очередной раз вздохнул — долгий печальный выдох, как будто улетучивается что-то живое — и некоторое время не открывал глаз.

— И еще одно ты мне должен, — прошептал он. — «Геркулес»!

Рядовой сим из службы безопасности Форхила продемонстрировал, что Тэм когда-то обладал чувством юмора. В данный момент он проявился позади тэмовского кресла. Волосатый парень с мрачно нависающими бровями, обвешанный мускулами и татуировкой, украшенный гирляндами пушек. Он со злобным подозрением воззрился на Вауна, потом на Зозо на ручке кресла, в конце концов — на хозяина, и все с той же воинственностью.