Книги Ужасы Дин Кунц Гиблое место страница 133

Изменить размер шрифта - +
Несколько разъевшихся крыс сели на задние лапки и с любопытством уставились на пришельцев. Этих тварей так просто не испугать.

Окна в бараках то там то сям были распахнуты наружу. Стекол в них не было, вместо них — что-то наподобие промасленной бумаги. Жильцы не показывались, однако из окон доносились голоса: где-то гремел смех, где-то шла перебранка. На втором этаже в правом доме звучал тихий заунывный речитатив — видимо, кто-то повторял мантру. Чужой, незнакомый язык. Должно быть, они попали в Индию — в Бомбей или в Калькутту.

В воздухе стоял удушливый смрад, по сравнению с которым запахи скотобойни — все равно что наимоднейшие духи. Жужжавшие мухи проявляли к Бобби назойливый интерес, они лезли в ноздри, в рот. Бобби никак не мог отдышаться. Он прикрыл рот рукой — не помогло. Еще немного — и он потеряет сознание и навзничь плюхнется в зловонную теплую гниль.

Мрак.

Светлячки.

Полет.

Их встретили тишина и покой. Лучи полуденного солнца пробивались сквозь листву мимозы и рассыпались по земле золотыми брызгами. Красный мостик в восточном вкусе, на котором стояли спутники, был переброшен через небольшой пруд. Вокруг раскинулся настоящий японский сад. То там то сям виднелись причудливые карликовые деревца и прочие тщательно ухоженные растения. Они росли на площадках, усыпанных гравием, по которому граблями были наведены аккуратные бороздки.

— А-а, узнаю, узнаю! — воскликнул Фрэнк с радостным удивлением. У него точно камень с души свалился. — Здесь я тоже когда-то жил.

Сад был пуст. Бобби уже догадался, что Фрэнк обычно выбирает для материализации укромные уголки, где его никто не увидит, а если ему случается объявиться в людном месте вроде пляжа, предпочитает особые обстоятельства, когда это место пустует — например, во время грозы. Очевидно, прежде, чем совершить сложнейшие действия — разложить тело на атомы, переправить их и снова собрать воедино, сознание Фрэнка сперва намечает конечную точку и разведывает обстановку.

— Это традиционный японский постоялый двор в окрестностях Киото, — продолжал Фрэнк. — Долго же я тут прожил. Ни один постоялец не задерживается здесь на такой срок.

Бобби заметил, что одежда на них сухая, хоть и помятая. Видно, молекулы воды, которой пропитались одежда и волосы во время ливня на Гавайях, не подверглись телепортации.

— Хозяева — милейшие люди, — вспоминал Фрэнк. — Добрые, заботливые, но не навязчивые.

По его тону чувствовалось, что он смертельно устал от странствий, жаждет покоя и остался бы здесь, даже если из-за этой передышки ему суждено погибнуть от руки собственного брата.

А Бобби все осматривал свою одежду и обувь. Слава богу, из грязного проулка в Калькутте они выбрались чистыми.

Взгляд Бобби упал на правую туфлю. Он нагнулся. Что это такое на носке?

— Поселиться бы тут, — размечтался Фрэнк. — Насовсем.

К туфле пристал таракан, которыми кишели гниющие отбросы в проулке. Бобби носил кожаные спортивные туфли (он, как-никак, сам себе начальник, и носить на работе галстук и неудобные ботинки его никто не заставит). Таракан не просто прилип к серовато-коричневой коже, а влип в нее. Растопыренные усики и лапки не шевелились — видимо, он уже сдох. Но даже дохлый таракан — или по крайней мере та его часть, которая телепортировалась вместе с Бобби, — уже не мог отделиться от кожи.

— Засиживаться нельзя, — спохватился Фрэнк. Таракана он, похоже, не заметил. — Золт от нас не отстанет. Если мы не уберемся подальше, то…

Мрак.

Светлячки.

Полет.

Они оказались на каменистой тропе, уходящей ввысь по крутому склону. Внизу открывался восхитительный вид.

— Фудзияма, — сообщил Фрэнк.

Быстрый переход