В конце концов испуганная Кетлин подняла три пальца. Трое из десяти точно были “за”, четверо решительно настроены против, а трое, включая Петти, колебались.

Она не могла передать ему две последние цифры, поскольку не получила дополнительного мысленного запроса. Кир Грей сосредоточил внимание на поднятых пальцах Кетлин, его глаза расширились, в них мелькнула тревога. На мгновение Кетлин почудилось, что она прочла тревогу и в его мыслях, но он тут же обрел полное самообладание. Он восседал в кресле подобно каменному истукану — холодному, суровому и неумолимому.

Девочка не могла отвести глаз от диктатора.

Она видела перед собой человека, загнанного в угол, но разум его напряженно работал в поисках возможности превратить неминуемое, казалось, поражение в победу. Она попыталась было проникнуть в его мозг, но так и не смогла преодолеть решительность, с которой он управлял своими мыслями, — это было подобно стальному барьеру, защищающему святая святых от любопытных.

В тех мыслях, которые все же достигли поверхности, прочитывались сомнение, неуверенность, но не окрашенная страхом — простое колебание. Казалось, он сам не ожидал, что правительственный кризис приобретет такой размах и он столкнется с хорошо организованной оппозицией, затаенной ненавистью и откровенным желанием свергнуть, уничтожить его.

Размышления его прервал голос Петти:

— Предлагаю поставить вопрос на голосование.

Кир Грей разразился смехом, долгим и циничным, который неожиданно оборвался на добродушной ноте.

— Итак, теперь вы собираетесь поставить на голосование вопрос, доказательство существования которого отрицали всего лишь минуту назад. Я больше не намерен апеллировать к здравому смыслу. Время логики прошло, раз ваши уши оказались глухи к ней. Должен сказать, что требование поставить вопрос на голосование косвенно свидетельствует об уверенности в конечном результате, поскольку имеется поддержка пяти, а возможно, и более членов Совета. Но теперь позвольте и мне выложить свои козыри я давно знал о заговоре и принял некоторые меры.

— Чушь! — рассмеялся Петти. — Да вы просто блефуете. Я следил за каждым вашим шагом. Когда мы только организовывали этот Совет, то предвидели ситуацию, когда один человек попытается обойтись без остальных членов Совета, и приняли соответствующие меры предосторожности, действующие по сей день. У каждого из нас имеется собственная гвардия. Моя охрана находится рядом, в коридоре. Вооруженные подразделения, готовые выступить по первому сигналу, имеются и у остальных членов Совета. Мы готовы в любой момент отдать приказ, а там — будь что будет!

— О, — мягко произнес Кир Грей, — наконец мы начали играть в открытую.

Послышалось шарканье ног, леденящий поток мыслей, а затем, к ужасу Кеглин, Мардью, которого она считала сторонником Кира Грея, прочистил горло. Но еще до того, как он открыл рот, девочка почувствована, как его решимость пошла на спад.

— В самом деле, Грей, вы ошибаетесь, считая себя диктатором. Вы всего лишь избраны Советом, и у нас есть законное право избрать на ваше место любого другого. Скажем, того, кто будет более удачлив в уничтожении слэнов.

Это было даже больше, чем измена: крысы бежали с тонущего корабля. И эти крысы изо всех сил, насколько поняла Кетлин, старались убедить новую силу в искренности своей поддержки.

В голове Харлихана наметился новый поворот мыслей.

— Ваше заявление о заключении договора со слэнами следует расценивать не иначе как измену. Что касается толпы… народа, то это другой вопрос. Кроме того, нам следует предпринять нечто, что поможет нам окончательно покончить со слэнами. Вполне возможно, что более решительная политика, которую станет проводить другой правитель…

Кир Грей сухо улыбнулся, в его сознании все еще чувствовалась неуверенность — что предпринять дальше? В мыслях ощущался намек еще на что-то, неясное возбуждение и намерение предпринять еще одну попытку.