Бабуля копалась в клумбе, над ней вился рой мошек. Мельчайшие вибрации крылышек этих насекомых касались сверхчувствительных рецепторов его мозга. Он мог воспринимать самый отдаленный звук. В его мозг проник шепот мысли, ослабленной расстоянием. Постепенно из всего калейдоскопа образов в его сознании сложилась полная картина жизни долины.

Работающие на полях мужчины и женщины, играющие дети, смех; трактора, грузовики, легковушки — одним словом, небольшая сельская община встречала новый день. Он прищурился и быстро проник в беззащитное сознание Бабули; его способность воспринимать чужие мысли стала настолько сильной, что казалось, будто ее мозг сделался частью его тела. В его сознании возник четкий образ чернозема, потом появилось изображение цветка на высокой ножке. Вот в поле зрения показалась рука, державшая небольшого черного жука. Старуха брезгливо раздавила насекомое и вытерла испачканные пальцы о землю.

— Бабуля! — сказал Джомми. — Неужели ты никогда не избавишься от инстинктов убийцы?

Старуха огляделась по сторонам, на ее морщинистом, добродушном лице появилось воинственное выражение, напомнившее ему прежнюю Бабулю.

— Чепуха! — фыркнула она. — Я уже девяносто лет давлю этих козявок, а до меня моя мать делала то же самое.

Бабуля расцвела в климате Западного побережья, однако Джомми все же не был доволен результатами гипнореабилитации. Конечно, она была очень старой и употребление некоторых фраз, как, например, сейчас, носило чисто автоматический характер. Прежде всего он заполнил гигантский провал, возникший на месте ее прежних воспоминаний, и на днях собирался снова вернуться к этому. Он отвел взгляд от Бабули, и в этот момент в его мозгу прозвучал сигнал тревоги — забились тревожные мысли чужих людей. “Самолеты! — думали люди. — Как много самолетов!”

Несколько лет назад Джомми гипнотическим способом привил им всем мысль о необходимости незаметно для них самих сообщать ему обо всех необычных событиях в долине. В результате каждый день он принимал ментальные послания десятков людей.

Вскоре он сам увидел самолеты — множество темных точек; они перевалили через хребет и держали курс на ферму. Его сознание, подобно атакующей мангусте, метнулось в их сторону в надежде проникнуть в мысли пилотов. Тщетно — плотный барьер надежно изолировал недослэнов. Джомми подхватил Бабулю, вбежал в дом. Дверь из десятикратной стали захлопнулась в тот момент, когда большой блестящий транспорт, подобно гигантской птице, спланировал на луг.

“Похоже, — думал Кросс, — они не знают точно, где я живу. Но скоро здесь будут космические корабли, чтобы довести дело до конца. Свершилось!”

Чему быть, того не миновать! А раз так, ему не оставалось ничего другого, как следовать своему собственному плану. В успехе его он не сомневался.

Сомнения и страх появились позже, когда он включил видеоэкран в своем подземном убежище. Боевые корабли и крейсеры заняли позиции, но среди прочих его внимание привлек один корабль. И что за корабль! Этот монстр заполнил собой половину экрана, а его похожий на колесо корпус закрыл добрую четверть неба. Кольцо диаметром в полмили — десять миллионов тонн металла — плавно опускалось, подобно гигантскому воздушному шарику, из которого выпустили воздух. Оно навевало ужас своей безграничной мощью.

Свершилось! Поток белого пламени, ринулся вниз — и вершина горы исчезла, словно слизанная языком.