— Послушай… — начал Саша, однако Потрошитель перебил его.

— В свое время, — сказал он жестко, — в одной очень бедной латиноамериканской стране один очень богатый человек влюбился в девушку из бедной семьи. Он дарил ей бриллианты стоимостью в сотни тысяч долларов и каждый вечер возил ее на своем самолете на Багамские острова, чтобы она могла перед сном вымыть ноги не в ржавом тазу, а в Тихом океане. Чтобы потрясти воображение возлюбленной, он купил ей роскошный тропический остров с дворцом на две сотни комнат и, делая предложение, застелил ее улицу самыми лучшими розами, выписанными изо всех уголков света! Она отвергла его! А знаешь почему?

— Почему? — послушно спросил Саша.

— Да потому, что эта девушка была из нищей семьи! В своих мечтах она никогда не поднималась выше собственной маленькой квартирки и подержанного автомобиля! — сказал Потрошитель. Глаза его блеснули, словно те самые бриллианты. — Если бы миллионер предложил ей крохотную квартирку и зачуханный рыдван, она бы пошла за ним, даже не задумавшись, но для бриллиантов, островов и дворцов в ее воображении не нашлось места! Она не могла оценить его подарков, поскольку в той жизни, которой жила она, подобной роскоши просто не существовало!

— Ты это к чему? — растерялся Саша.

— У тебя заболел живот так, что ты согласился прийти сюда, в душе совершенно не желая этого. Ты, еще вчера не верящий в Господа, сегодня заявился ко мне сам, без приглашения, сидишь и совершенно серьезно беседуешь об Ангелах! У тебя стигматы проступают на ногах, как у какого-нибудь святого, хотя о святости ты знаешь не больше, чем пятилетний ребенок об астронавигации!

— Постой, погоди, — Саша растерялся окончательно. — Ты хочешь сказать, что…

— Но тебе трудно поднять голову и посмотреть в небо! Куда легче увидеть то, что под ногами. — С каждым словом голос Потрошителя становился все громче, а в глазах разгорался страшный холодный огонь. — Тебе не нужно чудо! Ты хочешь фокусов! Однако я — твой Ангел и обязан о тебе заботиться. Хорошо же. Я покажу тебе фокус! Самый грандиозный фокус в твоей жизни! Не ради Веры, — верить из-за этого ты не станешь, — но ради того, чтобы разбить твой тупой скептицизм и дичайшую в своей глупости ограниченность!!! — рявкнул он жутко. — И фокус этот будет таков: я оставлю тебя без своей защиты! Ненадолго и не совсем, но, уверяю, тебе хватит и этого, за глаза хватит. А теперь уходи!

— Слушай, если ты обиделся, так это зря, — примирительно пробормотал Саша. Ему вдруг стало неуютно. Из него словно вытащили позвоночник. От давешней бесшабашности и сумасшедше-веселого куража не осталось и следа. — Я вовсе не хотел тебя разозлить…

— Уходи, — повторил Потрошитель, отворачиваясь к окну. — У тебя больше нет Ангела. Саша вылез из кресла, взял книгу и направился к двери. Постучал. Открыл ему здоровяк-сержант. На угловатой физиономии недобро поблескивали пуговичные глаза.

— Нормально все? — без особой приязни спросил охранник.

— Да, в общем. Вроде. Спасибо, — ответил Саша потерянно. Он прошаркал по коридору и начал спускаться по лестнице. Предчувствие фатальной непрухи горбом повисло на спине. Каждую секунду с ним могло случиться что-то очень и очень неприятное.