Я просто смотрел угасающим зрением на медленно приближающееся ко мне и всё увеличивающееся в размерах острие рельса, которое монстр просто метнул в мою сторону, как какое-нибудь копьё… А затем в голове как будто что-то щёлкнуло.

Тело вдруг забыло о боли, словно погрузившись в кипяток, а муть в глазах сменила красная пелена. Панический страх, до сих пор не отпускавший меня, был смыт внезапно накатившей дикой яростью, и я даже не понял, как оказался на ногах метров за пять от с грохотом вонзившегося в кирпичную стену оружия противника.

Монстр, который уже ломился прямо на меня, словно лютобык, теперь уже не казался ни страшным, ни быстрым. От довольно неуклюжего удара кулака размером с мою голову я просто увернулся, тут же засадив костяшками ответку по корпусу в незащищённую область прямо под низом стального нагрудника.

Громыхнул взрыв, и из-под моего кулака разлетелись ошмётки разорванной плоти. Монстр взревел и попытался приложить меня краем своего импровизированного щита, но я быстро отскочил в сторону, совершенно не желая проверять предел своей удачи. Ведь, несмотря на буквально затопившую меня ярость, я до сих пор, как оказалось, прекрасно помнил уроки прошлого года и знал, как управиться с этим состоянием.

На мгновение я даже усмехнулся иронии происходящего… Что бы там ни сделала со мной Хозяйка, уменьшив или откатив моё тело и возраст, а заодно лишив живицы, знала ли она, что это возьмёт, да и вернёт моё аномальное взрывное эго? Ведь по идее у меня сейчас должны были быть неразвитые каналы и медианы, а также два противоборствующих ядра под общей сверхплотной оболочкой.

Вот только это означало ещё и то, что этот бой я должен был закончить как можно быстрее. Пусть я и мог контролировать свою ярость, а она заглушала страх перед тварью, который так никуда и не делся, я всё ещё помнил, какие проблемы у меня возникали при использовании эго. Особенно поначалу, когда я ещё только начал обучаться в новой школе.

Тварь, размахнувшись, запустила в меня свой щит, который на огромной скорости, бешено вращаясь, со свистом вспорол воздух, и тут же сама побежала следом. Я тоже рванул вперёд, прямо на приближающуюся бронеплиту, в последний момент почти завалившись на спину, как когда-то под самим Валялой, проскользил под ним, вскочив на ноги прямо перед раскинувшим в разные стороны руки, явно желающим схватить меня и заломать монстром, и, максимально сконцентрировавшись на своей ярости, нанёс один-единственный удар здоровой рукой.

Выбирать не приходилось, я бил как получится, а проще всего это было сделать, врезав по широкой кирасе… и мгновение, казалось, застыло. Я, уже приготовившийся вновь ощутить сильнейшую боль, потому как ярость, как и красную пелену, будто смыло. Чудовище, замершее прямо во время очередного шага, всё ещё летящий за моей спиной щит и брызги грязи вместе с ошмётками мусора, поднятые в воздух нашими ногам.

А затем громыхнул жуткий взрыв, словно тряпичную куклу, отшвырнувший меня прочь. Монстр, как мне показалось, просто испарился, а я, кубарем прокатившись по всей площади прямо к ногам замершей в ужасе толпы бандюков, только и успел заметить изодранные лохмотья кровоточащей плоти на месте своей правой руки, прежде чем сознание окончательно покинуло меня.

* * *

Хердвиг умирал, бессмысленно глядя на далёкие точки звёзд, лёжа на площади посреди целого моря человеческих трупов, а над ним мерно мерцала арка «Кольца Альвов». Его тело уже практически сгнило и разложилось, и он знал, что всё не просто пошло не так, как должно быть, а он чуть ли не изначально был обречён на поражение, позволив событиям зайти так далеко по уже проторенным рельсам.

Он собирался вновь отнять силу у Аватары Света и уже тогда с её помощью своими добытыми потом и кровью знаниями спасти Хёльмгарёр и его обитателей от повторения той страшной трагедии.